Страница 19

• – Чему вы улыбаетесь?

– Да так. Очень хочется на эти похороны пойти!

• Нажатие на курок было для него одним из самых сильных сексуальных наслаждений.

• Всю жизнь посвятил тому, чтобы сгинуть как можно более заметно.

• – Категорически возражаю. А впрочем, да.

• Ничто так не мешает нам лучше всех играть в футбол, как чемпионаты мира.

• Идущие вместе разбежались кто куда.

• Поздняя осень. Ветер. Дождь. Хмарь. Сырь. Профессор Овчинников на станции Балабаново одиноко прохаживается в ожидании электрички. А её все нет и нет. Опаздывает уже на час, а объявили, что на полтора.

Откуда ни возьмись, появляется какая-то баба в платке, в сапогах, длинной рваной юбке.

– Мужик! Выпить хочешь? – спрашивает она профессора.

– Н-ну… давай… – говорит профессор и добавляет —…те! Давайте!

Они идут вниз по лесенкам, под перрон, там баба достает два стакана´ и чекушку, разливает… Долго стоят молча, смотрят друг на друга. Водка закоченела в озябших руках.

– Вы бы… ты бы… – снова путается профессор, – хоть бы… тост сказали!

– Тост? – удивленно вскидывает брови щедрая баба, нашедшая в профессоре случайного собутыльника.

– Тост.

– Отъебись, плохая жизнь! Приходи, хорошая! – весело говорит баба. Они выпивают, и через минуту появляется электричка.

• Я не пьющий, я закусывающий.

Разница принципиальная. Другая философия. Два способа жить и умереть.

• Наступивший конец света назвали «временными трудностями».

• У Иисуса Христа он работает охранником. И у Иуды на полставки.

• Нам не нужна управляемая демократия.

Нам необходимо демократическое управление.

• Поцелуй в щёчку – это первый шаг на пути к поцелую в губы.

• – Кем ты хочешь быть, мальчик?

– Спонсором.

Это он постеснялся сказать – олигархом.

• В будущем про нас скажут, что мы проклятое прошлое.

• Знай дозу, но не знай меры.

• Не бывают ковры-самолёты.

Бывают самолёты в коврах.

• – Не люблю вегетарианцев. Они едят не то, что я.

• Уважаемый Господь Бог!

Примите наши извинения за опечатки в молитвенниках.

• Не смотрю свои сны исключительно из цензурных соображений.

• Мы никогда не покаемся, потому что всегда правы.

Ни в чём.

• Если бы все люди умели петь, наша жизнь на земле стала бы оперой.

• В известном смысле пушки пердят.

• – А что из новинок вы хотели бы почитать?

– Свое досье в КГБ.

• Мы делаем своё дело чистыми руками с грязными ногтями.

• Жить можно. Но изредка.

• Господа артисты, не считайте слова в своих ролях, лучше взвешивайте!

• – Все люди братья! – сказал Христос.

– Ну, ты демагог! – сказал Пилат.

• Не каждая индивидуальность – личность, но каждая личность – индивидуальность.

• Лично мне непонятно, от какого слова происходит «героин».

• Иду на репетицию, как дезертир на фронт.

• – Практически я с женой, а теоретически с любовницами. Но бывает и наоборот.

• Наше кино на подъёме. На спуске кинозрители.

• Неужто жуть – суть?!

• Дайте ему соответствующие полномочия, и он устроит беспредел.

• Поэт Р. в пьяном виде бросал зажжённые спички в женщину, избил и изнасиловал её. Она в ответ его задушила, её посадили. А его провозгласили классиком. «Наш новый Есенин» – говорят о нём.

• Народ – это я во множественном числе.

Толпа – это народ без меня. И против меня.

• Каждый день я вижу конец света. По телевизору.

• Власть может всё. Но больше она ничего не может.

• «Я умываю руки», сказал не Пилат, а Мойдодыр.

• Эта семья приватизировала патриотизм и продаёт Родину на законных основаниях.