Страница 22

Женился Федор Иванович четыре раза. "Как Хэмингуэй!" - гордился он. Первая жена была цирковой гимнасткой. Гибкая как хорошо запаренный веник, но париться не уважала до ехидной иронии: "В баню ходят, кому чесаться лень". Со второй парился бы до гробовой доски, кабы не теща. Нет, в бане она Федору Ивановичу даром была не нужна. И вообще не нужна. "Если переступишь, однажды мелом разъяренный зять провел жирную границу перед входной дверью квартиры, в которой жил с женой, - пеняй на себя!" Теща переступила. Федор Иванович забрал банную шапочку и хлопнул дверью. Третья поболее Федора Ивановича любила хлестаться на полке.

И не только с мужем. Честно поделив имущество - три десятка веников, расстались.

"Бог свел, Бог развел," - не делал Федор Иванович трагедий из неудач на семейном фронте.

"Так всю жизнь и прокукарекаешь!" - осуждал двоюродный брат.

"Не надо грязи!" - весело защищался Федор Иванович.

Да от сумы и от тюрьмы не зайчись. Всю жизнь прилично оплачиваемый Федор Иванович в период закладывания демократических реформ под социалистическую экономику опустился в бане до общего отделения. Полетело под откос ракетостроение. Побежали инженеры-ракетчики кто куда. А Федору Ивановичу куда? Всю жизнь был специалистом по общим вопросам. Что-то подписать, что-то протолкнуть. Должность имел не нищую - ведущий конструктор, да вести уже никуда не мог... И возраст - 52 годика... Покатилось солнышко под горку. Вместо пышущей жаром красотки, грубое мужичье в парной, вместо шампанского со льда - разбулдыженное пиво.

Покукарекаешь тут пожалуй в свое удовольствие.

Вывела из экономического тупика все та же баня. Федор Иванович томился у кассы в ожидании куда-то ушагавшей кассирши, когда из номера напротив вышла в ярком "адидасе" стройно-приятная женщина. Она попросила у банщицы веник и не успела огорчиться отсутствием оного, как Федор Иванович, обольстительно улыбаясь, предложил даме свой:

- Все бы вам отдал, - как роскошный букет вручил Федор Иванович веник, - только часы оставил!

- Почему? - приняла дар Регина, так звали женщину.

- Подарок друга, - сказал Федор Иванович и махнул отчаянно рукой. Впрочем и часы отдам, если впридачу меня в парную возьмете.

- Пойдемте, если без глупостей, - неожиданно для себя весело позвала Регина.

В то время как Федор Иванович рабочие будни отдавал на создание ракетного щита родины, Регина была победно действующим мастером спорта по фехтованию, а когда молодые мушкетерши стали оттеснять клинком от наград, начала зарабатывать на жизнь в спортшколе. И все бы ничего, да конверсия, перековывая ракеты на сковородки, рапиру тоже начала сокращать как стратегическое вооружение. Пришлось менять ее на бездонную сумку челнока. И здесь Регина стала мастером, мотаясь по пакистанам, таиландам и турциям. Хлеб был тяжелым, но с маслом, машиной и мебелью. Мужика бы еще путнего, с кем разделить маленькие радости жизни. А Федору Ивановичу не с кем было располовинить большие невзгоды. Под шум березового веника сошлись в парной два одиночества.

И стало Федору Ивановичу наплевать на агонию оборонки.