Страница 23

... Регина вела машину в нервно-паралитическом ритме. Колом в землю тормозила на поворотах, собакой с цепи срывалась на зеленый, самоубийственно проходила повороты.

- Кобель! - со злой слезой бросала на заднее сиденье в Федора Ивановича. - Кобель!

- Я ее как парильщицу нанял! - отмывался Федор Иванович.

- А почему она голая? - резонно спросила Регина.

- По-твоему в парной в фуфайке работают? - не менее резонно парировал Федор Иванович.

- Кобель! - гнула свое жена.

- Хватит! - вдруг понесло Федора Ивановича в сторону собственного достоинства. - Хватит! Я участвовал в 115 пусках ракет! Ядовитого гептилу наглотался больше, чем ты кислорода. Сколько наших мужиков уже гикнулось! Может мне жить осталось с гулькин хвост, а ты не вылазишь из заграницы. Меня от тоски уже стенки загрызли! Да пропади пропадом такая жизнь!

Дома, пугая Регину, схватил чемодан. И напугал. Упала на колени. Заголосила на свою судьбу распроклятую, как все шло наперекосяк в Китае, откуда влетела в парную, как пила кровь красноярская таможня, как сожгли на взлетке товар в знак протеста...

- Брось ты из-за денег убиваться, - успокаивал Федор Иванович. - Дело наживное.

- Конечно, - ревела Регина. - Только не уходи! Не уходи!

Как можно бросить женщину в таком растрепанном состоянии? Федор Иванович остался, твердо поклявшись париться только с Региной.

ПРЕДВЫБОРНЫЕ ХЛОПОТЫ

С ножом в руках Еловка готовилась к выборам президента.

Колоть свинью Дерюгин пригласил дружка, Саню Петракова. "Запростака!" сказал Саня. И нецензурно присвистнул, когда увидел с кем предстоит сразиться.

- Ну и вырастил ты слона! - сказал Саня.

- Дак давай для храбрости, - щелкнул по горлу Дерюгин.

Они выпили по полстакана и пошли в атаку. Решительно завалили на бок свиноматку. Петраков держал за задние ноги. Дерюгин замахнулся и ударил ножом под сердце. Да руке "для храбрости" не хватило. Дрогнула рука. Свинья завизжала, задергалась. Петраков попытался своим весом пригвоздить животину к земле, чтоб не рыпалась. Веса не хватило. Саня получил удар копытом по скуле. После чего свиноматка вскочила на ноги и ринулась в огород.

- Скотина! - обиженно крикнул ей вослед ушибленный Петраков.

Дерюгин запрыгнул в дом и вылетел оттуда с ружьем. Хавронья, не разбирая дороги, свинячим галопом шла по грядкам. Перепахивала их, как взбесившийся трактор.

- Стоять! - приказал Дерюгин и выстрелил. Метко, но дробь такой слонихе была до лампочки. Обсыпанная брусничинами крови, свинья ни на йоту не снизила скорость пахоты огорода.

Дерюгин попытался снова поймать ее на мушку.

- Огонь! - кричал ему под руку Саня. По причине ранения копытом в скулу он залил травму вовнутрь остатками водки, что принимали "для храбрости", и взял на себя роль наводчика двуствольного орудия...

Еловка готовилась к выборам президента.

Размазывая крупные слезы по щекам, бабка Марьиха пришла к соседу Свистунову.

- Петя, - упала ему в ноги, - зареж мою Майку. Я тебя мясом отблагодарю.

- Мне своего девать некуда! Всю живность подчистую порешил! - сказал Петя и пошел за кувалдой.

С коровами Петя расправлялся ударом в лоб.

- Ой, Господи! - скрылась Марьиха в дому, дабы не присутствовать при кончине любимой Майки. Майка непонимающе смотрела на Свистунова, готовящегося к роковому удару. Он размахнулся и вдруг кувалда за спиной враз отяжелела.

На ней повисла бабка Марьиха:

- Не бей! - кричала она.