Страница 15

-- Ему что, молока и хлеба в стране не хватает!?

Полонский был "наш" человек!

Рассказывает Наталья Дудкина.

-- Кишиневский фестиваль середины 80-х. Прослушивают автора музыки Андрея Крючкова и говорят:

-- Ну что это у Вас за песня такая: "Про черный день нет песен у меня!" -- грустная такая. Кто это написал?

-- Это написал Полонский, -- отвечает Андрей.

-- Надо же! А где он сейчас, сколько ему лет?

-- Он уже умер.

-- Какие же у вас молодые умирают!

Это его песня!

Рассказывает Александр Прищепов (Минск):

-- Был у нас клуб в подвале. Год 88-й. И слух о клубе дошел до комсомола, а оттуда и до партии. И вызвали меня на ковер, чтобы я объяснил, что такое КСП и зачем он нужен.

Захожу в самый главный кабинет. Там уже сидят второй секретарь райкома партии и второй -- комсомола. Вторые отвечали за идеологию, в том числе и культуру.

Рассказываю партийной тете (Пужевич ее фамилия, всю жизнь помнить буду!) -- вот, понимаете, самодеятельная песня уже достаточно забыта...

-- Как это забыта? -- спрашивает она, -- никем она не забыта!

-- Ну, раньше проходили какие-то фестивали, слеты...

-- И сейчас проходят!

-- Но, простите, с 79-го года, я интересуюсь этим вопросом, не было в Минске фестивалей.

-- Да был фестиваль! В прошлом году мы проводили фестиваль художественной самодеятельности...

-- Нет, -- говорю, -- художественная самодеятельность и самодеятельная песня -- это несколько разные вещи. Наверное, правильнее было бы назвать ее бардовской песней...

-- Бардовская? Да что это за слово такое? Какое-то слово иностранное придумали -- что, русского слова не было?

Второй секретарь райкома комсомола на ушко ей подсказывает:

-- Бард -- это поэт!

-- Да, действительно, бард -- это поэт. И что, получается, вы все песни пишете на его стихи?

Пораженный, я ляпнул, что слова "коммунистическая партия" тоже не русского происхождения. Естественно, после этой фразы нам пришлось расстаться с Первомайским районом, и мы перешли в Советский.

Заодно и бациллу "замочили"!