Страница 58

ГЛАВА 5

Максим Максимыч Исаев не любил ругаться. Особенно он не любил ругаться по-немецки. Долгое время, живя в рейхе, он вынужден был заглядывать в словарик прежде чем выразиться позабористее. Потом он наконец бросил эти эксперименты и ограничился двумя словами "dо

Сейчас он думал о том, что если он появится на работе и встретится с начальством, ругани избежать не удастся. Во-первых, его запросто могли отругать за приконченного Клауса, а Штирлиц не выносил, когда к нему приставали по пустякам. Во-вторых, опять все наперебой стали бы лезть со своими дурацкими поздравлениями. Тут уже Штирлиц сам не выдержал бы и начал орать.

Лучше всего было взять профессора Плейшнера и уехать к пастору в Берн. Штирлиц хотел нажраться до зеленых соплей, набить кому-нибудь морду в пивной и вообще культурно отдохнуть.

Штирлиц сложил в чемодан оставшиеся банки тушенки и пачки "Беломора" и поехал к профессору.

***

Поднявшись по выщербленным ступеням до пятого этажа, Штирлиц оказался у обитой черным дерматином и исписанной похабными словами двери. Он позвонил. Минут через десять позвонил еще. Немного подождав, Штирлиц отошел к противоположной стене, вздохнул и с разбегу пнул дверь обеими ногами. Дом вздрогнул, зазвенели стекла, сверху тоненькими струйками зашелестел песок, кто-то заорал "рятуйте!", на чердаке заметались голуби, прохожие на улице, решив, что начался налет союзной авиации, заторопились в убежища. За дверью послышались взволнованные шаги, щелкнул замок и Штирлиц увидел перед собой бледный нос и пыльные стеклышки пенсне Плейшнера.

- А-а! Это ты, дружок! - обрадовался старикашка, - а я-то думаю, кто это там скребется?

- Профессор, - начал Штирлиц, входя в прихожую. Он оглянулся, куда бы повесить фуражку. Не найдя ничего подходящего, он нахлобучил ее на плешивый профессорский череп, прихлопнул сверху ладошкой и, удовлетворенно хохотнув, закатил речь:

- Профессор, какого хрена!

Это были самые невинные слова из длинной самозабвенной тирады Штирлица. Он говорил долго. Полный текст мы опускаем - любой цензор застрелился бы при первом чтении.

Плейшнер слушал стоя, уши торчали из-под фуражки, пенсне перекосилось, нижняя челюсть отвисла, видны были смотревшие в разные стороны остатки зубов. Пролетавшая мимо муха в ужасе шарахнулась в сторону от разинутой профессорской пасти и, стукнувшись с перепугу головой о резной канделябр, замертво упала на пол.

- Dо

Плейшнер закрыл рот и отрицательно помотал головой. Он привык к экспромтам штандартенфюрера. Походный чемодан был всегда наготове.

Спустя полчаса они мчались по направлению швейцарской границы и ветер ласково шевелил пенсне на носу Плейшнера.

ГЛАВА 6

Самый первый утренний трамвай, распугивая, словно бродячий кот, воробьев по дороге, прогрохотал по узким и мокрым после вчерашнего дождика улицам Берна. Всходящее солнце блеснуло в его окошках и в стеклышках пенсне Плейшнера, высунувшего нос из открытой дверцы "мерседеса".