Страница 10

- Это от того, что веду здоровый образ жизни, - похвалил себя Штирлиц и изрек философски. - А внешность, она всегда обманчива!

Через полчаса их везли на той же "Чайке" к Ким Ир Сену. Машина промчалась по улицам Пхеньяна, выехала за город и, не встречая ни единой машины, помчалась, как стрела. По краям дороги через каждые сто метров стояли корейские солдаты, похожие, как из одной яйцеклетки.

Десять минут быстрой езды, и "Чайка" въехала на огороженную тройным забором с колючей проволокой территорию, где, утопая в зелени, виднелся трехэтажный особняк.

Дорогих гостей вывели из машины, и они тут же оказались в окружении откормленных охранников в бронежилетах и с автоматами.

- Извините, Штирлиц, - сказал Пак, - но перед тем, как мы войдем к Великому вождю, вас должны будут обыскать.

- Что! - возмутился русский разведчик, поднимая костыль. - Меня обыскивать?

Пак опасливо покосился на страшное орудие Штирлица.

- Товарищ Штирлиц, я вас прошу! Так положено!

- Я входил без всякого обыска к Гитлеру, Сталину, Хрущеву и Брежневу!

- О! Ну, тогда хотя бы выверните карманы.

- Пожалуйста, - Штирлиц сплюнул и с презрением вывернул карманы, из которых посыпались стрелянные гильзы, рулон туалетной бумаги, два любимых кастета и незаменимый гаечный ключ, которым Штирлиц вскрывал пивные бутылки.

- Очень хорошо, - удовлетворился Пак и подал охране знак. Пропустить!

Охрана расступилась, и друзья прошли в дом.

- Штирлиц, мне тут не нравится, - тихо сказал Борман, ковыряя в покрасневшем носу.

- Мне тоже не нравится, - согласился Штирлиц. - Но мы идем в гости, а в гостях принято кормить. Когда я ходил к Брежневу, для меня накрыли такой роскошный стол! Кстати, Борман, не забудь поцеловать Ким Ир Сена.

- Зачем? - с отвращением передернулся Борман.

- У них, в высших кругах, так сейчас стало принято, целоваться!

Советских разведчиков ввели в огромный светлый зал. В центре, окруженный товарищами, стоял Великий вождь Президент Ким Ир Сен. Знаменитый корейский революционер, отец идей чучхе был в очках, в строгом черном френче и мешковатых брюках.

Борман, раскинув руки для объятий, полез целовать Ким Ир Сена. Президент испуганно отшатнулся, на бывшего партайгеноссе тут же накинулись охранники и заломили ему руки за спину.

- Ай! - только и успел сказать Борман.

- Эй, эй! - воскликнул Штирлиц, бросаясь выручать приятеля. Он же просто поздороваться хотел!

Пак что-то залопотал по-корейски, с большим неудовольствием Бормана отпустили.