Страница 12

- Хорошо. Давайте на сегодня кончим. Вы так возбуждены, что скоро начнете грызть локти. Еще один, последний вопрос. Действительно ли вы большие друзья с трактирщиком Биллом Шенноном?

- Да, но план взорвать моих любимых гостей я придумала сама. Он возник не в "Кровавой кузнице". Билл Шеннон невинен, как овечка.

- Это радует меня, это очень меня радует. - Инспектор закончил разговор с таким выражением лица, будто хотел бережно погладить Дороти по темечку.

Поздним вечером он уехал вместе с экспертами, подробно изучившими лабораторию в подвале.

У Дороти точно гора с плеч свалилась. Она удалилась в свою комнату, опустилась на диван и закрыла глаза.

Диван был ярко-красного цвета, ковер - зеленого, шторы - желтого. Вкус Дороти был, мягко говоря, экзотическим. На комоде стояла сюрреалистическая скульптура, отдаленно напоминавшая кенгуру. Она была испещрена отверстиями величиной с яйцо. Автор назвал свое произведение "Старый рыбак с неводом". Это было смело.

Несколько лет назад Дороти купила необычные по форме книжные полки. Они крепились цепями к потолку, и их можно было поднимать и опускать. Сейчас полки пустовали. Книги валялись на полу, по углам, а также посредине комнаты на ковре. Дороти говорила, что хорошую книгу лучше поискать, чем плохую, разочаровавшись, отложить.

Погруженный в свои мысли, в комнату без стука вошел доктор Эванс. Он не обратил внимания на необычную обстановку, как не заметил бы и козулю, щиплющую траву на зеленом ковре.

- Вы знаете, к какому выводу я пришел после этих двух покушений? - спросил он напуганную Дороти.

Она отрицательно покачала головой.

- Не пройдет и недели, как мы все будем лежать на кладбище Карентин. В том числе и страдающая атрофией мозга эта ваша каланча и изъеденный молью полковник.

Остановившись перед скульптурой "Старый рыбак с неводом", он замолчал. Рассеянно тыкая пальцем в отверстия, Эванс сказал:

- Это произведение искусства нужно повесить на дерево в саду. Дюжина скворцов свила бы в нем гнезда, и кошки не смогли бы к ним подобраться.

- Почему вы утверждаете, - перебила Дороти никогда не иссякаемый полет мысли изобретателя, - что это были покушения? Например, пожар от камина?

- Был ли это обычный пожар или запланированная кремация, я не могу окончательно утверждать. Но я могу совершенно точно сказать, кто взорвал мою лабораторию.

- Это любопытно. - Дороти подалась вперед.

Доктор Эванс глубоко вздохнул и хотел продолжать, но не успел. Дверь открылась, и на пороге появился Фишер.

- Почему вы не стучитесь, прежде чем войти? - напустилась на него Дороти. - Простите, миледи, я постучался, но, видимо, слишком тихо.

- Что вам угодно?

- Я хотел бы сообщить вам важную новость, миледи, - произнес Фишер с достоинством герцогского дворецкого.

- Ну, говорите же и не делайте такого лица, словно это не вы, а ваша посмертная маска.

- Простите, миледи, но это сообщение чрезвычайно секретного характера, и; наверно, мне лучше прийти в другой раз, когда вы закончите обмен мнениями с доктором Эвансом.

- Послушайте, говорите же как нормальный человек! Обмен мнениями! Доктор Эванс и не слушает нас.