Страница 23

- Согласен, сэр, только факты, - ухмыльнулся Вильямс.

- Послушайте, Вильямс, я запущу сейчас вот этой чернильницей в вашу голову Бегайте тогда целую неделю синекожим.

- Если вы позволите заметить, сэр, то на этом свете нет синекожей расы.

Вместо того, чтобы признать это несомненно правильное замечание, Бейли сделал что-то невероятное. Он схватил чернильницу, встал, подошел к Вильямсу и медленно, с наслаждением вылил ее содержимое на его голову. Потом, как когда-то Лютер, он разбил чернильницу о стену, хотя ему и не почудился там черт. Он сделал это скорее потому, что неожиданно его осенила мысль, которая была настолько же абсурдна, как говорил позднее сам, насколько абсурдной может быть иногда сама истина.

- Вот видите, все же есть синекожие люди, - обратился он к Вильямсу, который стоял, поджавши хвост.

Вильямсу было лет двадцать пять, он не курил, был здоров, холост и поэтому свободен от всяких забот. Бейли считал Вильямса излишне серьезным. Оказалось, что он ошибался

- Вы убедили меня, сэр. - Молодой сержант посмотрел на себя в висевшее над умывальником зеркало. - Но шутка будет стоить вам десять фунтов. Эту сумму вы переведете на счет общества антиалкоголиков "Легко на сердце без виски" в Уолсе. В противном случае я сейчас же сажусь за стол и пишу остатком чернил жалобу. И у вас есть недруги, причем не только в полицай-президиуме, но и в прессе. - Он сказал это на полном серьезе, но потом вынужден был рассмеяться. - Вот будет спектакль, если я в этом виде попаду на первую полосу ливерпульской газеты! Заголовок: "Инспектор освящает своих подчиненных чернилами!" Фото вызовет сенсацию по всей Англии.

Бейли проглотил слезы. Он был шотландцем и поэтому, если верить преданию, немного скуповат. Но он обладал достаточным чувством юмора.

Молча вытащил он из кошелька десять фунтов и положил их на стол. Из портмоне он достал один шиллинг и добавил его туда же.

- Это на чистку. А теперь убирайтесь прочь с моих глаз и возвращайтесь лишь после того, как вновь будете принадлежать к белой расе

Когда Вильямс вернулся, его расовую принадлежность нельзя было точно определить. На лбу, залысинах и висках кожа отсвечивала зеленым цветом, щеки отдавали в желтизну, а подбородок приобрел фиолетовый цвет.

Инспектор посмотрел поверх очков.

- Если вы основательно отмоетесь, то расовая проблема для вас будет решена, - заметил он. Потом неожиданно выпалил: - Этот Фишер совсем не пятидесятилетний человек независимо от того, имеет он отношение к этим убийствам или нет.

- У вас есть доказательства? - донимал Вильямс инспектора точно так же, как это было в начале беседы, когда Бейли утверждал, что бывшая начальница почты погибла не случайно.

- Доказательства, доказательства! - передразнил его инспектор. - Нет у меня доказательств, но зато у меня есть интуиция, вы, синяя борода

- Для судебных следователей интуиция пустое слово. Это ведь ограниченные, то есть логически думающие люди. - Вильямс почесал подбородок.

- Послушайте! - Бейли поднял толстый указательный палец. - А что вы подумали бы обо мне, если бы я, например, сказал: "Сэр, я приложил максимум усилий, чтобы сохранить в этом сосуде кофе при температуре, которую вы предпочитаете". Ну, как?