Страница 30

Услышав глубокий вздох, Бейли резко повернулся. На пороге кухни стояла Патриция.

Она всегда говорила, что мир ужасен, несправедлив и отвратителен. Но что он столь отвратителен, она и представить себе не могла. Перед ней стоял высокопоставленный блюститель закона со ртом, полным салями ее собственного изготовления, - это было почти богохульство! Если он так поступал с колбасой, то он мог бы выкрасть в церкви кружку с пожертвованиями!

Бейли попытался проглотить огромный кусок, но подавился.

- Господин инспектор! Господин инспектор! - Голос Патриции дрожал сочувственно и в то же время обвиняюще. - Боже мой, выплюньте колбасу! Иначе... Вы задохнетесь, и тогда на моей совести будет еще одна жертва. Доброта Патриции взяла верх. - Может быть, принести вам бутылочку портера?

- Две! - выкрикнул инспектор, придя в себя. - Я направляюсь к леди Торп.

Леди Торп сидела в японском кимоно на своем сюрреалистическом диване, потягивая через декадентский мундштук сигарету, и обдумывала очередной ход ладьи.

Она играла в шахматы с Эрвином. Его голова была забинтована. Это была пятая партия, проигранная Торп в рекордно короткое время.

Оба взглянули на вошедшего инспектора, но были так погружены в игру, что, ничего не спросив, лишь кивком ответили на его приветствие. Он подошел к столу и сказал Дороти:

- Послушайте, потешная заклинательница духов, вы проиграли.

- Почему потешная? Это звучит как потешная старуха, - возмутилась она. Разве я потешная старуха, Эрвин?

- Почти, - ответил ей партнер, не меняя выражения лица. Затем он обратился к Бейли:

- Декстер во всем признался? Инспектор утвердительно кивнул.

- Как вы догадались, что он подсыпал яд в чай?

- Декстер от рождения осел, - равнодушным тоном сказал Эрвин. - Он бросил пустую пробирку из-под яда в кусты за террасой. Поскольку я облазил всю территорию, то обнаружил ее там. Кроме того, после смерти Грэди он был настолько удручен, что вызывал сострадание. Но он таким бы не был, если бы ему удалось убрать с дороги Дороти.

- Благодарю. Ты поистине великодушен!

- Вас вытащила леди Торп, когда вы лежали с пробитым черепом в зале? спросил инспектор.

- Да, это была я, к сожалению, - отплатила Дороти своему юному другу той же монетой. - Я хотела вызвать врача, но он уговорил меня, что никто не должен знать, где он находится. Он хотел на свой страх и риск стать детективом. Бедную Грэди чуть не хватил сердечный удар при этом.

- Как вы думаете, кто мог ударить вас по голове? - продолжал расспрашивать инспектор Эрвина.

- Ясно кто. Это мог быть только Фишер или она. - Эрвин показал на Дороти. - Или они оба. Но кто бы это ни был, он не подозревал, что мой череп имеет особую прочность, он как из железа. Когда я был еще мальчишкой, то нагонял страх на всех, с кем дрался. При этом я редко прибегал к помощи кулаков. Как бык, я мчался головой вперед на своего противника, трещали головы, но не моя, - сообщил с гордостью Эрвин.

- В этих случаях мне приходилось ему помогать, обвязывая голову вязаной кофтой, - вставила Дороти, - кровь из раны хлестала на землю.

- Тогда мне ясно происхождение и этого таинственного преступления, сказал Бейли. - Теперь осталось лишь уличить преступника.

- Есть лишь один путь это сделать, - Эрвин перемешал шахматные фигуры и показал на Дороти, - но она должна согласиться с этим.