Страница 35

Солдаты, недавно прибывшие на пополнение роты из дивизии, расквартированной где-то во Франции, и совсем не привыкшие к холодам, сгибаясь по-собачьи, потекли вправо, влево по траншее. Разорвавшийся на бруствере снаряд подхлестнул их. Фельдфебель остановил лениво колтыгавшего позади всех Карке.

- Стать "смирно" и слушать приказ, - сказал фельдфебель, оттопырив ухо пилотки и прислушиваясь, не летит ли еще русская чушка.

- Стою "смирно" и слушаю, - вытянулся Карке.

- Именем фюрера приказываю, - заговорил фельдфебель, убедившись, что батарея русских умолкла. - Лично проследить, когда нашего покойного лейтенанта притащат с той высоты, где его пристукнуло, и не дать шакалам из похоронной команды растелешить его, то есть снять с него теплые вещи. Довольно им хапать. Они и так нахапали немало.

- Верно изволили заметить, господин фельдфебель, - подтвердил Карке. - Сам фюрер, наверно, дрожит без теплых вещей, а у них снизу меха, сверху меха. А за какие заслуги? Закопать мертвого и дурак сможет. Дай мне лопату, так я вам за милую душу закопаю всю дивизию.

Снаряд, просвистевший над головами, прервал монолог "национального героя", и, как только грохнул взрыв и осыпались комья, фельдфебель сказал:

- Так вот, Карке, именем фюрера приказываю: ни одна теплая вещь с лейтенанта не должна попасть в лапы зондеркоманды. Чернобурку, теплую куртку, меховую шапку, валенки, перчатки и прочее доставишь мне. Только чтоб скрытно, чтоб никто не узнал.

"Национального героя" бросило в жар и холод. Его опять грабили. Желанная чернобурка, которую он так мечтал послать любящей жене, ускользала из его рук. Вместе с ней уплывали куртка, валенки, теплые перчатки и многое другое, что он давно уже приметил на новом командире роты.

- Ты что молчишь? Отвечай! - тряхнул его за рукав шинели фельдфебель.

- Никак нет, - очнулся Карке. - Рад стараться! Все будет доставлено, только...

- Что только? Говори!

- Только я бы просил кое-что и мне. Я ведь тоже гнусь... у меня любящая жена и тетушка Клара.

- Не хнычь. И тебе достанется кое-что. Рубашка, теплые кальсоны...

- Благодарю вас, но я уже снял кальсоны с командира взвода. Мне бы, господин фельдфебель, перчатки.

- Черт с тобой. Уступаю тебе перчатки, - сказал примирительно фельдфебель. - Только смотри мне! Чтоб больше ни одну вещь не прикарманил.

- Ни в коем случае, - потряс головой Карке. - Как можно, господин фельдфебель, претендовать на ту вещь, которая понравилась твоему командиру и у которого, наверное, тоже есть любящая жена со штурмовиками на постое.

Фельдфебель вытянулся столбом и во всю глотку гаркнул:

- Смирр-на-а! За беспардонную болтовню вместо немедленных действий объявляю вам, солдат Карке, сутки окопного ареста.

- Яволь, сутки окопного ареста! Разрешите занять место в окопе?

- А приказ о снятии теплых вещей с лейтенанта ты забыл, скотина?

- Никак нет. Все помню. Чернобурка, куртка, шапка, валенки, перчатки...