Страница 23

И вот в это утро привыкшие ко всяким зрелищам орешане высыпали на улицу посмотреть великое нашествие.

На подводах, верхом, на велосипедах, пешком, ехали, шли инструкторы райкома, штатные пропагандисты, работники многочисленных отделов райисполкома, комсомольские работники, парторги, уполномоченные, особоуполномоченные, теребильщики, инспектора, работники сельских советов. И кого, кого только здесь не было!..

На одном возу ехало сразу четыре уполномоченных. Рядом на коне без седла ехал штатный пропагандист. Он подгонял усталую лошадь битком набитым портфелем:

-- Но! Проклятая!.. Откуда, товарищи?

-- Из колхоза "За прочный мир, демократию и коммунизм во всем мире." Организовали стрижку овец...

-- Много настригли?

-- Какой там! Оказалось -- неточные сведения. Нет там овец. Месяц пробыли, ни одной не видели.

-- Но!.. Не поела, так и идти не хочет. А не слыхали, где Петрушкин?

-- В этом же колхозе обследовал случай яловости коровы "Дуньки". Большой доклад, страниц на сто, составил.

-- Петрушкин -- ценный работник...

За возом легким пехотным шагом шел строй комсомольских работников.

-- Откуда, ребята?

-- Из сельсовета Тараканово. Организовывали борьбу комсомольцев за досрочное начало уборочной.

-- Но!.. Пошла... пошла... переставляй ноги!.. Ну, как?

-- Народа нет, работать некому...

-- Беда, не хватает людей...

Отдельным табуном, размахивая портфелями и полевыми сумками, шли инструкторы райкома. Оттуда доносился разноголосый говор:

-- Теребить надо. Главное, всегда за спиной стоять...

-- Созвал, понимаешь, собрание, стукнул кулаком...

-- У меня на лекции "Вопросы прибавочной стоимости в 1842 году в Англии в свете трудов Маркса" был такой случай...

-- Лучше всего через каждые пять минут командовать: встать! Тогда не заснут...

-- Здорово, Тришкин! Откуда?

-- Ездил в колхоз "Радостный труд" уполномоченным по пуху и перу. Организовывал ощипку цыплят и кур...

-- Куда прешь? Людей подавишь!

-- Теснота, не пройти и не проехать...

Дед Евсигней, Мирон Сечкин и Бугаев сидели на скамейке у дедовой избы, курили и неторопливо переговаривались: