Страница 20

Пока судили да рядили, его и след простыл!.. Могла бы сказать по этому поводу кое-что одна Зоя, но она, исцарапанная, окровавленная, с запухшим глазом, горько плакала и не могла ничего выговорить. Продолжала она горько плакать и при перевязке на медпункте, и позже, сидя в темном киоске...

Если вначале Зоя плакала от боли, то Потом от обиды и одиночества.

Заходил к ней, правда, директор Николай Иванович, но не сумел ни одного теплого слова сказать, только по обыкновению "однакнул":

- После такого случая тебе, однако, отдохнуть надо. Иди домой, успокойся, а мы, однако, здесь без тебя обойдемся...

И все так! Все норовят обойтись без нее, никому она не нужна! Пришли было соседки киоскерши. Поговорили две минуты о Зоиных ушибах и царапинах и сразу же перевели разговор на полиартрит...

Уходя, тоже посоветовали пойти домой. И невдомек им было, что и дома Зоя одна-одинешенька. Если бы Валя была - дело другое, но вот уже две недели, как Валя уехала на каникулы в родную Хакассию...

Выплакав все слезы, Зоя притихла. Сидит в темном киоске и видит сквозь стекла, как плавно и спокойно, точно по рельсам, катится, идет обычная вечерняя жизнь.

Как легко можно обойтись без Зои! Нет ее - и никому нет дела. Пассажиры с подошедшего поезда проходят мимо закрытого киоска, как мимо пустого места...

Внезапно на Зою падает тень. Кто-то, приложив ладонь козырьком ко лбу, всматривается через стекло, потом обходит киоск сбоку. Дверь заперта на крючок, но подошедший потихоньку стучится пальцем.

- Хозяйка дома?

Постучался бы кто другой - ни за что не открыла бы дверь настроенная на грустный лад Зоя, но голос знакомый. Тому, кто спас ребенка, Зоя не может не ответить.

- Я здесь, - говорит она, откидывая крючок и чуть-чуть приоткрывая дверь: ей не хочется показывать забинтованную голову и запухший глаз.

- Слышал, не повезло тебе, одна ты пострадавшая оказалась?

В голосе звучит непритворное сочувствие, и Зоя озабоченно спрашивает:

- Ты-то ужинал сегодня?

- Не до того было.

- Пирожки остались. Может, закусишь?..

- Так и решил: либо у тебя ужинать буду, либо голодным останусь.

- А здесь тебя искали, - вспоминает Зоя. - Хотят тебе благодарность вынести.

- Ну их с благодарностью! Я и без благодарности знаю, когда и что делать.

- Ишь ты, какой гордый, - сомневается Зоя. - Будто бы всегда знаешь, что делать надо?

- Всегда. Сейчас мы, например, с тобой в кино пойдем. Как раз на последний сеанс успеем.