Страница 37

В ворота усадьбы въезжает воз с сеном. Подводчик знакомый.

- Куда, Арсений Ксенофонтович, сено складывать?

- Вон туда, в сарай...

Сена на возу - козе на три дня, но возу цены нет! Под сеном лежит ящик с бемским стеклом и плотная пачка листов железа марки РПЗ.

А кому нужно, все знают... Приехала таинственная подвода из соседнего села. Подводчик - прокуратуре человек известный: работал на станции кладовщиком и привлекался за кражу... Вечером при обыске нашли у него в старом хлеву под мусором четыре тонны железа, дюжину ящиков стекла, шесть центнеров гвоздей, полтора центнера красок.

- Откуда у вас столько строительных материалов? - бесстрастно интересуется следователь.

- Не мое это!.. Ей-богу, не мое, только на хранение принял! - показывает хозяин склада.

- Кто же вам столько добра доверил?

- Кто?.. Человек один...

- Забыли кто?.. Бросьте голову морочить, - дело ясное: материалы со склада комбината.

Укрыватель краденого облизывает пересохшие губы и, с трудом выталкивая слова, сознается.

- Мне Дыходымов пять тысяч дал, чтобы я сохранил... Машины, прежде чем на объекты ехать, ко мне заезжали... У меня усадьба крайняя, заметить трудно было.

- Грузовик с железом 17 августа 1957 года у вас разгружался?

- У меня. Скользит по бумаге ко всему привыкшее перо следователя... Нависает грозовая туча над головой Арсения Дыходымова.

На следующий день навсегда закрылись широкие ворота буранского склада Н-ского комбината. Навсегда осталась недостроенной веранда с шатром и шпилем! Ругательски ругая неоплатного должника-заказчика, разошлись по домам члены дикой строительной артели. Один из плотников вознамерился было увести с собой беспризорного Бокса, но сильный пес сорвался с привязи и всю ночь провыл под окном дома предварительного заключения.

4.

В самый день ареста Дыходымова по комнатам рабочих общежитий мостоотряда ходила комиссия по проверке хода соревнования за лучшую комнату.

Кандидатами на дорожку оказались комнаты № 3 и № 6 в общежитии девушек-штукатуров. В обеих комнатах уютно и чисто, обе имеют право на приз, в пору нарядную китайскую дорожку пополам резать.

Но на такое решение никто не согласен, и весы начинают клониться в пользу комнаты № 3. Нет никаких оснований отбирать у нее давно заслуженную награду.

Вокруг дорожки разгораются страсти. Больше всех кипятится Вера Музыченко.

- Комиссия должна учесть украшение комнаты, - говорит она. - Вы только посмотрите, сколько у нас картин и открыток!

- Картины и у нас есть. И открытки есть, только мы их решили на стены не приколачивать, чтобы штукатурку не портить. Кроме того, у нас Василий Теркин есть! - отвечает комната № 6.

Под тяжестью Василия Теркина весы слегка отклоняются в другую сторону.

- Зато у нас цветов больше! Цветы ухода требуют, а вашего Теркина ни поливать, ни пересаживать не надо. Пыль с него стереть легче легкого.

Стрелка весов опять наклоняется в сторону комнаты № 3.

Зоя шепчет что-то подругам: наступило время для решительного удара.

- Вы чего шепчетесь? Если заметили что, говорите вслух.