Страница 38

Дорожка переходит в комнату № 6. Зоя одержала победу, но какой ценой! На следующий день в "Крокодиле" появляется рисунок: две девушки (они ничуть не похожи на Зою и Веру) свирепо рвут друг у друга ярко-желтые волосы. Подпись под рисунком гласит: "Так комсомолки В. Музыченко и 3. Вертишейка понимают соревнование за культуру и здоровый быт".

Как ни оправдывайся, а факт налицо. Комитет комсомола волынить не любит. Вечером на собрании выносится решение: Вере - выговор, Зое - поставить на вид.

Зою только что восстановили в комсомоле, только что дали ей третий разряд - и вот уже взыскание!

Но это еще полгоря. Самое страшное, что рисунок и заметка обязательно попадутся на глаза Саше Некачай-голове. Зоя просит:

- Товарищи, лучше дайте выговор, только снимите заметку.

Но комитет неумолим.

- Выговора давать не стоит, а заметка пусть недельку-другую повисит.

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

Тайна неподвижного крана. Одним сибиряком больше. Прогулка по Таежной улице

1.

С третьего этажа, из окон приемной секретаря обкома партии, видны соседние дома. За ними в разных местах возвышаются силуэты далеких и близких башенных кранов - пейзаж, знакомый жителям всех без исключения больших городов Советского Союза.

Со своего места (оно неподалеку от окна) Иван Ильич видит одновременно восемь кранов. Самый дальний и самый большой из них, очевидно, установлен на пристани и разгружает баржи. Как и полагается великану, он нетороплив, но точен. Каждые восемь - десять минут его огромная стрела поднимает вверх и, медленно поворачиваясь, проносит по воздуху что-то длинное, издали напоминающее маленькие пучки соломинок. Но дальнозоркий Иван Ильич отчетливо различает, что каждый такой пучок состоит из десятков бревен длиной в двенадцать, а может быть, и больше метров и с диаметром верхнего торца никак не меньше двадцати пяти сантиметров. Что ни пучок соломинок - то добротный дом!

Остальные краны обслуживают городские стройки. Они суетливее старшего брата-богатыря и за большим грузом не гонятся. Висящие на их стрелах контейнеры со строительными материалами громоздкие бетонные блоки походят на детские кубики.

Один кран не работает. Если разобраться, временное бездействие механизма дело естественное, но оно озабочивает Ивана Ильича. Он мысленно перебирает возможные причины его неподвижности, и их оказывается очень много: кран мог быть только еще установлен и не приступал к работе или, наоборот, бездействует после окончания строительства. Могла сломаться какая-нибудь из многочисленных частей сложного механизма. Мог отсутствовать крановщик (что, в свою очередь, можно было объяснить многими обстоятельствами). Не исключались и другие причины, вплоть до нераспорядительности начальника строительства или прораба.

"Дался мне этот кран!" - досадует на себя Иван Ильич и пытается переключить внимание на что-либо другое, но от навязчивой мысли отделаться нелегко. Наблюдательность и жизненный опыт помогают ему отыскивать все новые и новые причины бездействия крана, но не дают права остановиться на какой-нибудь из них, наиболее вероятной.

Разгадка тайны подсказывается неожиданным и странным движением крана-бездельника. Не подняв никакого груза, его стрела плавно описывает в воздухе кривую и потом сейчас же возвращается на место, чтобы застыть в исходном положении.