Страница 9

Разумеется, мы редко сталкиваемся с людьми, которые заявляют, что говорят на языке, которого не знают, или притворяются, что видят, хотя они не видят. Никто не станет выставлять себя в ложном свете настолько явно. Такая ложь остаётся незамеченной только в тех случаях, когда нет никого, кто знает истину, кто может разоблачить тебя, поэтому на самом деле нет такого места, где можно обманывать всех и постоянно.

Впрочем, одна такая область есть. В современной духовности ты можешь объявить себя экспертом, потому что никто не встанет и не выведет тебя на чистую воду. Берёшь жаргон, разрабатываешь несколько фирменных тезисов и запоминающихся фраз, втираешься в доверие с помощью фото в рамочке, возможно, выбираешь себе сценическое имя и корректируешь свой внешний облик — и поздравляем, ты духовный учитель. Это как в покере, где все игроки блефуют и никто не вскрывается, или как в соревновании фокусников, у которых есть общий интерес держать свои трюки в тайне. Ты можешь возразить, что фокусники известные обманщики, а духовные наставники лишь невольные звенья в цепи обмана, но кому до них какое дело? Твоя единственная забота — ты сам.

* * *

Когда бы я ни заглянул в мир духовности, меня всегда удивляет и, может быть, слегка обескураживает, как много там фальшивых учителей и как много внимания им уделяется. Популярные учения умещаются в узком диапазоне между смехотворной чушью и интригующей чушью, зачастую вращаясь вокруг мыслей, чувств, осознаний, уровней сознания и множества эзотерических идей и витиеватых бесед. Где идёт диалог между учителем и учеником, это часто выглядит как консультация по эмоциям с духовным уклоном. Где идёт обучение, всё выглядит так, будто ученикам положено больше заучивать и понимать, чем делать. Вот чему эти учителя, кажется, не учат, так это тому, чем на самом деле является процесс пробуждения и что он на самом деле влечёт за собой, потому что, во-первых, они сами понятия не имеют, а во-вторых, их ученики бросятся к выходу, увидев, как всё обстоит на самом деле, а без учеников уже нельзя играть в учителя. Если ты не настоящий учитель, тебе нельзя использовать палку — ты должен быть любим.

Я не против фальшивых учителей. У меня с ними нет никаких проблем. Они выполняют свою функцию, а я свою, и они на удивление редко пересекаются. Я не удивлён, что их мир духовности представляет собой в основном одну гигантскую машину дезинформации, мне это кажется совершенно закономерным. Вот что меня удивляет, если честно, так это то, что мне приходится делать то, что я делаю. Это мне кажется менее закономерным. Истине нет места в царстве сновидений.

* * *

Значение слова «просветление» со временем деградировало до такой степени, что почти не имеет отношения к пробуждению ото сна, оно теперь как-то связано с довольством и счастьем, заглушёнными мыслями и приятными чувствами, небольшими откровениями и мелкими озарениями и, во многом, с одобрением аудитории. Вот почему вокруг крутится так много духовных наставников — потому что мы дали новое определение просветлению, чтобы оно было намного более открытым и всеобъемлющим. Мы демократизировали путешествие к пробуждению, превратили его в симпатичный и безопасный тематический парк, где все аттракционы высаживают тебя там, откуда ты начал.

Но настоящее просветление ясное и однозначное. Нельзя быть немножко пробуждённым, здесь нет стадий или уровней. Либо пробуждён, либо спишь. Глаза либо открыты, либо закрыты. Либо ты в парадигме сновидения, либо вне её. Сходным же образом не бывает вариантов или типов пробуждения. Нет той разновидности и этой, есть только пробуждение ото сна или непробуждённость. Пробуждённое состояние не принадлежит на исключительных правах ни секте, ни религии, ни культуре, ни даже человеческой расе. Право на него есть у всех самоосознанных существ.

Когда-то я сделал расчёт, что на сотню миллионов людей приходится, возможно, только один пробуждённый. Это значит, что на всей Земле в данный момент времени живёт, скажем, 60–80 просветлённых. Я всё ещё так думаю? Нет, теперь я предполагаю, что их меньше. Я могу назвать дюжину живущих ныне людей, которые пробуждены, и о семи из них никто не знает. Я могу назвать, может, три дюжины вообще. Впрочем, я не коллекционер, и аутентичные случаи могут быть менее очевидными, так что я предполагаю, что, конечно, таких мало. Теперь я предполагаю, что их две дюжины, и даже эта оценка кажется чрезмерно завышенной. Если бы состоялась какая-нибудь убедительная перепись просветлённых, я бы удивился. Если бы их оказалось более пятидесяти, я бы упал со своего кресла.

Так что, кто все эти сотни и тысячи распространителей эрзац-духовности, наставляющие в ашрамах и на сатсангах, публикующие книги, снимающие видео, ведущие блоги, сидящие на вершинах гор и раздающие лекарство от беспокойства?

Они суть Майя. Имя ей легион.