Страница 20

По воспоминаниям Ма Прем Шуньо, невозможно было поверить, что американцы, наблюдающие по телевидению съемки ареста Ошо и того, как его и учеников доставляли из тюрьмы в суд и обратно, не могут увидеть разницу между Ошо и другими людьми, которых они когда-нибудь видели на экранах своих телевизоров. Она вспоминала, что телевизионные программы были громкими, вульгарными, полными насилия — и вдруг неожиданно на экране появлялся древний мудрец — святой человек, улыбающийся миру, с цепями на руках и ногах… Он поднимал свои скованные цепями руки, сложенные в намасте миру, который пытался разрушить его…

А мир действительно пытался разрушить его. Ошо везли в цепях через всю страну в тюремном транспортном самолете. Пятичасовое путешествие было растянуто на пять дней, включая два дня, когда местопребывание Ошо держалось в секрете от его адвокатов. В тюрьме штата Оклахома Мистика зарегистрировали под именем Давид Вашингтон (!!!) и поместили на двенадцать дней в изолятор вместе с заключенным, больным инфекционным лишаем — болезнью, которая могла бы оказаться смертельной для Ошо. Мир пытался разрушить его…

Многим позже выяснится, что держали Ошо в этом изоляторе отнюдь не случайно. Мистик свидетельствует, что понял все, когда британские специалисты по ядам изучили его симптомы и вынесли заключение: Ошо был отравлен таллием. Этот яд, говорит Ошо, давно применяется против политзаключенных. Его нельзя выявить путем обычных анализов, он очень быстро распадается. Но если хоть немного превысить дозу, человек сразу умрет. Вот почему Ошо держали под стражей двенадцать дней — яд давали крошечными дозами, чтобы он не умер прямо в тюрьме… Но симптомы остались. Отрава распалась, но успела что-то нарушить в организме Ошо.

У Ошо было три адвоката, лучших в Америке; у правительства тоже были самые лучшие адвокаты, поскольку это было дело всего правительства США против одного человека. По совету адвокатов Ошо пришлось сделать «заявление Альфреда», характерное для американской правовой системы, на основании которого он мог признать обвинения и в то же время сохранять свою невиновность. А обвинения были еще те!

Ошо был обвинен в тридцати четырех нарушениях иммиграционных законов, одно из которых звучит совершенно нелепо. Мистик был обвинен в том, что устроил тысячи браков и по крайней мере «один с определенностью». Ма Прем Шуньо рассказывает, что открыла рот от удивления, когда услышала, как судья зачитал, что в качестве преступления Ошо вменяется его приезд в Америку с целью создания места для медитации для многих людей, потому что его ашрам в Индии был слишком маленьким.

Впрочем, складывалось впечатление, что судье Ливи было все равно, какой приговор зачитывать. Большую часть времени он просто дремал, к тому же приговор из Вашингтона был готов еще до начала заседаний суда. Ошо отозвался на это, что когда он видит демократию «по-американски» в деле, то глупо становится даже говорить о демократии в этой стране, а хваленая конституция — просто показуха для внешнего мира. Америкой заправляют преступники, что-то лепечущие о «свободах».

Ошо оштрафовали на четыреста тысяч долларов за два небольших нарушения, которые обычно в США наказываются двадцатипятидолларовым штрафом и депортацией.

Все в той же книге «Алмазные дни с Ошо» Ма Прем Шуньо вспоминает, как Ошо был выпущен из зала суда и ехал по мокрым улицам Портленда. На улицах стояли толпы людей. Кто-то махал руками, кто-то показывал палец. Весьма по-американски…

В лужах отражались огни магазинов, и витрины были полны рождественских украшений. И когда она смотрела на все это, ей казалось, что жизнь и без того за последние несколько недель вышла за пределы эксцентричности — но это лицемерие, называемое Рождеством, было уже слишком…

Пределы эксцентричности, простите за каламбур, беспредельны. Когда Ошо выслали, прокурор штата Чарльз Тернер признался на специальной (!) пресс-конференции, что Ошо… не совершал никаких преступлений. А причину депортации Мистика он объяснил так:

«Мы хотели уничтожить эту общину. В этом состояла наша главная задача».

Но общину-то нельзя было уничтожить, не избавившись вначале от Ошо.

В день освобождения Ошо взошел на борт самолета с целью посетить многие страны мира, но в результате давления со стороны Государственного департамента США получилось так, что 21 государство или просто запретило ему въезд на свою территорию, или депортировало его из страны безо всяких объяснений после короткой остановки. Скажете, я придумываю «американский» заговор мировых масштабов? Один только пример. Ошо запросил вид на жительство в Уругвае, и Уругвай вроде бы ничего не имел против, как вдруг пришел телекс с «дипломатической секретной информацией». Ошо вынужден покинуть страну, и уже на следующий день было объявлено о новом американском займе Уругваю в размере сто пятьдесят миллиардов долларов.

Мастер признается потом, что поездки по миру принесли ему много опыта. Он лишний раз убедился, что под именем справедливости и правительства скрываются гнев, жестокость, зависть, ревность — все, что угодно; что политики абсолютно холодны, в них нет никакого уважения к индивидуальности, никакого уважения к жизни.

«Секрет всей моей жизни»