Страница 22

Трудно описать коллективное сознание нескольких сотен

людей, находившихся вместе с Прабхупадой в Маяпуре и Вриндаване во время фестиваля Гаура-пурнима. Но в этих записках зафиксированы хотя бы некоторые из ключевых

утверждений Шрилы Прабхупады, сделанных им во время прогулок или на лекциях. Преданные на этих фестивалях ловили каждое слово Прабхупады, обсуждали услышанное и стремились воплотить слова в жизнь.

Однако были неизбежные столкновения ложных эго и политиканства лидеров, стремившихся быть «ведущими

», хотя Прабхупада и сказал, что это материально. Тем не менее, Прабхупада своей поразительной способностью управлять всеми нами извлекал служение из каждого и удерживал нас в совокупности, представлявшей собой более

или менее гармоничный лагерь. Все было для Кришны и распространения в мире сознания Кришны.

Чтобы прозреть, мы смотрели на Шрилу Прабхупаду. Мы все признавали, что слепы, но были полны веры в то, что Прабхупада видит. Он был полон сострадания к горестям

мира, он мог опровергнуть бессмыслицу. Его же опровергнуть не мог никто. На утренней прогулке мы шли рядом с ним и позади него, словно малые дети, но были готовы, подобно солдатам, сразить по его слову врагов.

87

27 сентября 1974

Здесь я попробую описать кое-что из общения нашей группы с преподавателями колледжей, которое имело место,

когда мы старались распространять книги Прабхупады в университетских библиотеках и колледжах.

Среди профессоров мы не встретили ни одного действительно

ученого человека. Хотя они серьезно относились

к своим научным занятиям, у них мы не могли почерпнуть

ничего стоящего. Просвещение несет лишь встреча с чистым преданным. Хотя мы посетили многие университеты, никто из профессоров нисколько нас не просветил.

Почти все они считают «Бхагавад-гиту» мифом. Им не известно, что это было на самом деле. Мы приводим здесь отчет из первых рук просто чтобы показать, каким методом исследования пользуются «ученые», и продемонстрировать

отсутствие у них понимания – дабы преданные

Кришны и невинные люди не испытывали благоговения

перед невайшнавской, академический наукой. Она не истинная.

В общине колледжа Сент-Луиса мне позволили выступить

на занятии курса «Мировые религии». Потом профессор

спросил: «Признаете ли вы «Бхагавад-гиту» мистической

книгой?» Я сказал, что да. Тогда он продолжил: «Почему же вы настаиваете лишь на одном варианте ее понимания и даже назвали книгу “Бхагавадгита как она есть”?» Далее он сказал, что в прочитанных им мистических

текстах Китая и других стран «мистическое» означает

нечто невопринимаемое, которое не может быть познано однозначно и что объемлет всё. «Это имперсонально

», – сказал я и объяснил: «Высшая мистика, высший

объект любой мистики – Бог, Кришна. Воспринимая Бога как Высшего Мистика, преданные молятся Ему: “О Господь, Ты безграничен и всегда непостижим для меня, поскольку Твои возможности безграничны. Я предаюсь Тебе и хочу служить Тебе».

88

Тому профессору больше нечего было сказать, но буквально

на следующий день мне посчастливилось беседовать

на ту же тему (о том, что такое «мистическое») с профессором Университета штата Иллинойс. Он сразу же выдвинул аналогичные возражения. «Подозреваю, что вы уверены, будто владеете ключом к пониманию истины»,

– сказал он. Он рос в христианской семье, и его родители тоже думали, что знают истину, но теперь он в этом сильно

сомневается. Профессор честно признал, что «мистика

» означает для него «высшая пустота». В связи с этим я вспоминаю третьего профессора, либерально настроенного

еврея, преподававшего психологию в СанФранциско и позволившего мне выступить на его занятиях. Он высказывался