Страница 27

Итак, трудность, с которой столкнулся Арджуна, заключается в том, что люди на противоположной стороне также являются его близкими. Это — одна семья, посреди которой провели черту. Близкие Арджуне люди есть как на этой, так и на той стороне поля битвы. Поэтому, независимо от исхода, умрет кто-то из его близких.

В этом заключена бесконечная боль всей жизни; такая ситуация складывается постоянно. И, значит, проблема Арджуны возникает не только на поле битвы, она свойственна всему полю жизни.

Теперь Арджуна оказался в тупике. С одной стороны стоит Дрона — он учил Арджуну, а теперь Арджуне предстоит стрелять в учителя. Арджуна учился у Дроны искусству стрельбы из лука. Он — его главный ученик. Дрона всю свою жизнь посвятил Арджуне, он никого не ставил рядом с ним. Ради Арджуны Дрона даже отрубил большой палец Эклавьи, и теперь этот ученик готов его убить. И это — тот самый ученик, ради которого Дрона не жалел сил, в которого он вложил все свое искусство и мастерство — а теперь Дрона должен натянуть свой лук и целиться в него!

Очень странная война. Это — одна семья, но сейчас все связи, все родственные и дружеские отношения должны быть отброшены.

Но если мы посмотрим на жизнь, если заглянем в самую ее глубину, то обнаружим, что все войны ведутся между близкими людьми, поскольку вся Земля является одной большой семьей. Когда Индия воюет с Пакистаном, это — война внутри семьи. Дети, которые еще вчера росли и учились здесь, в Индии, теперь в Пакистане. Земля, которую мы считали «нашей», теперь Пакистан. Тадж-Махал, который до вчерашнего дня они называли своим и за который они готовы были отдать свои жизни, теперь здесь, в Индии. Следовательно, в жизни все взаимосвязано.

Завтра, если мы начнем войну с Китаем... А Индия все отдавала Китаю, и Китай сохранил величайшее наследие Индии: Будду Гаутаму. Никто больше не смог бы сделать это. И завтра, если мы начнем войну против этой страны...

Итак, увиденная с правильной перспективы вся эта жизнь, вся Земля является одной большой семьей. И все войны на этой планете идут внутри семьи, все они порождают ситуацию, подобную той, что возникла в уме Арджуны. Арджуна столкнулся с совершенно естественной дилеммой. Его тревога полностью правомерна, и нет ничего удивительного в том, что он начал дрожать, как сухой лист.

Теперь, каким может быть выход из этой дилеммы? Либо Арджуна закроет глаза и слепо бросится в бой, либо он закроет глаза и так же слепо побежит подальше от поля боя. Кажется, существует только два выхода из создавшегося положения. Либо Арджуна закрывает глаза и говорит: «Какая разница, с кем сражаться? Те, кто собрались на той стороне, не являются моими близкими. Если они погибнут, то да будет так!» И с такими словами Арджуна бросается в бой. Или же он может просто закрыть глаза и убежать. В этом также нет ничего сложного.

Но Кришна предлагает Арджуне совсем не такой простой выход. Он не желает, чтобы Арджуна шел по пути наименьшего сопротивления. Два перечисленных выше выхода именно таковыми и являются: они подобны сухим следам, отметкам об уже пройденном пути. Арджуна может выбрать любой из двух, и все будет очень просто. Вероятнее всего, в бесчисленных прошлых жизнях он уже опробовал каждый из них. Это — совершенно очевидные варианты.

Но Кришна предлагает другой путь, третий путь, которым Арджуна никогда еще не ходил. И именно этот третий путь представляет настоящую ценность. В жизни, когда вы сталкиваетесь с двумя возможностями, прежде чем принимать какое-либо решение, вспомните о третьей, поскольку она всегда является наиболее значимой. Две первых возможности всегда неизменны, и вы уже много раз выбирали их — раз за разом. Сначала — одну, и тогда вы отказывались от другой, затем обращались к другой, отвергая первую. Вы вечно выбирали между этими двумя вариантами.

Третья возможность, которая и является самой значимой, никогда нам не представлялась. Кришна предложит Арджуне именно ее, и следующим вечером мы поговорим о ней.

ГЛАВА 4

По ту сторону оправданий

Не надлежит убивать нам кровных сынов Дхритараштры,

Ведь погубив свой род, как можем счастливыми быть, Мадхава?

Хоть и не видит греха их ум, пораженный корыстью,

В уничтожении рода, в вероломстве преступном,

Как не понять постигающим зло поражение рода,

Что нам, Джанардана, от такого греха отрешиться надо?

С гибелью рода погибнут непреложные рода законы;

Если ж законы погибли, весь род предается нечестью,