Страница 40

Глава 5 Смена караула

Начав свою пэтэушную авантюру в марте, мы, к нашему крайнему изумлению, уже в мае получили всю нужную строительную документацию и контейнеры с линотипами и печатными станками, а весь июль мощные грузовики свозили в Тамбур — как мы называли территорию между Сафари и Симеоном — кирпич и бетонные блоки, перекрытия и лестничные пролёты, упаковки битума и вагончики для бытовок. Наконец прибыли и сами строители во главе со своим прорабом, мастерами и бригадирами, что нас слегка озадачило. Но пока мы размышляли, как поступить с нежеланными конкурентами, они сами решили свою судьбу, начав трудовую вахту с раблезианской пьянки, местами переходящей в лёгкую потасовку, которую Аполлоныч с ассистентом добросовестно сняли на две видеокамеры. Напомню — кругом в это время всё ещё продолжался перестроечный полусухой закон с его водочными ограничениями и обществами трезвости.

На следующий день из райкома нагрянула специальная комиссия во главе с первым секретарём, и ещё не опохмелившиеся бетонщики унылым гуськом потянулись на материк. Доносительство — дело, разумеется, совершенно аморальное, но раз речь об интересах Сафари — то почему бы и нет?

Заодно комиссия с любопытством ознакомилась с нашей Галерой, которая, как и следовало ожидать, произвела на неё самое сильное впечатление. Особенно были поражены изысканным фасадом, стерильным видом наших туалетов и зимним садом с бассейном-лягушатником, что на фоне облезлого запущенного симеонского посёлка выглядело как ухоженный розарий на краю мусорной кучи. Обильный изысканный обед привёл партийных функционеров в ещё большее благодушие. Глава райкома Крупин единственно только поинтересовался у Павла:

— А нужные корочки у вас есть? Наберёте десять строителей с дипломами — и стройка ваша.

Десять не десять, но полдюжины патентованных специалистов мы нашли, при них сформировали тридцать нижних строительных чинов, и главная симеонская стройка с её бездонными фондами стройматериалов, оборудования и живых денег на зарплату была отдана Сафари на полный откуп.

Когда всё уже вышло на финишную прямую, выяснилось, что сама идея о строительстве рядом с Галерой ПТУ принималась с восторгом далеко не всеми сафарийскими боссами. Вадим, не боявшийся самых забубённых зэков-рецидивистов, терялся при строгом обращении с чужими детьми и тем более не представлял, как вести себя с будущими оголтелыми тинейджерами. Мне всё это виделось невыгодным потому, что непременно должно было нарушить уже сложившийся в Сафари баланс между грубым вкалыванием, школьным преподаванием и привычными вечерними развлечениями. Аполлоныч, обычно безоговорочно принимавший любые начинания Воронца, кривился от самого понятия «пэтэушник», которое-де обязательно понизит все наши интеллектуальные «подпрыгивания». Адольф опасался, что близкое соседство госучреждения приблизит к нам заодно милицию и КГБ. (Наивный человек — их сексоты давно уже были в наших рядах.) Безусловно поддерживали проект лишь Заремба с Шестиженом. Первому нравилось наличие ПТУ как повышение статуса любимого Симеона, второй видел в училище желанное приложение собственным техническим силам.

Воронцов был согласен со всеми нашими доводами, но стоял на своём:

— Пора делать переход от общины для себя к общине для всех. Если мы не сможем принять в себя и перемолоть на свой лад две сотни подростков, то нечего думать о дальнейшем завоевании не только Лазурного, но даже двухтысячного Симеона. В общем, с какой стати вы решили, что чем дальше, тем нам должно быть здесь легче и спокойней?

— Ну раз проблема только в этом, то ладно, согласны ещё раз побыть той бабой, что купила себе нового порося, — отвечал ему за всех Чухнов.

Сама стройка шла у нас с известной долей саботажа — надо было выжать из государства по максимуму всех средств и как можно дальше оттянуть появление самих одноклеточных детишек. Если корпуса училища и интерната были возведены уже к ноябрю, то их отделка благополучно завершилась только к следующей весне. При этом вся учебно-производственная техника для сохранности была размещена в подземельях Галеры и запущенное там одновременно с первой лопатой пэтэушного бетона книгоиздательство превратилось в настоящую нефтяную скважину, безостановочно фонтанирующую сторублёвыми купюрами, так что Вадим уже к осени держал в своих руках очередные 450 тысяч для выплаты казиношникам, а к Новому году имел ещё почти такую же прибыль для собственных сафарийских нужд. Бригады линотипистов в четыре смены набирали детективы, фантастику и исторические романы, художники изощрялись в самых красочных обложках, и вся Галера с азартом следила за рейтингами наших книгопродаж, обсуждая читательские предпочтения Южного Приморья.

Столь же форсированно проходило тем летом и собственно сафарийское зодчество — мы активно навёрстывали предыдущий, частично сорванный блокадой летний сезон. Начато строительство Второго Паруса Галеры, возведены несколько мини-ферм и оранжерейных пятаков, на пятнадцать метров поднялась плотина с гидрогенераторами на Сафарийском ручье, на побережье пошла в рост шестиэтажная гостиница для казиношников. Размах строительных работ был столь велик, что пришлось даже нанимать несколько бригад дорогостоящих шабашников.