Страница 60

Мой личный кусок сафарийского пирога в тот момент состоял из четырёхкомнатной галерной квартиры, горного шале, оранжерейного пятака, фермы на 60 овцематок, пяти складских боксов, седельной и шляпной мастерских, пивбара, магазинчика спорттоваров с прилегающей квартирой в таунхаусе, тренажёрного зала с сауной, двух летних домиков, номера люкс в «Скале», кирпичного дома в Лазурном, двух лошадей с кабриолетом, подержанной «мазды» и семиметровой каютной яхты. Дополнительную нагрузку составляли две собаки, кошка, жена, три дочери, тёща с незамужней племянницей, вольер с молодым тигром, дублёрная молодая семья, помогающая на ферме и в оранжерее, командорство на семьдесят человеческих душ и моя собственная работа в качестве главного полицмейстера и спортивного босса.

А тут ещё эти Федосовы-Кузьмины! Чему, спрашивается, мне было учить людей, доведённых обстоятельствами до продажи собственной фамилии?

— Самое простое и идеальное — это поселить вас в моей хате в Лазурном, — сказал я им. — Устроитесь там на какую вам хочется работу.

— Нам бы хотелось здесь, на острове, — несмело возразил Федосов-старший.

— А нельзя ли вот в этот ваш магазин с квартирой? — предложила его жена.

— Можно, но вы не продержитесь в нем и неделю и в пивбаре тоже. Там нужен особый стиль, который новому человеку очень сложно освоить.

— А сын, его можно будет из поселковой школы перевести в ваше ПТУ? — вопрошала жена. — Он хочет быть дизайнером.

— Если у него нет творческих данных, то это будет только искалеченная судьба.

После чего я стал им предлагать разную работу, вернее, разные пакеты работ, потому что у нас по-прежнему рядом с узкой специализацией продолжала существовать многопрофильность использования рабочей силы. Даже командоры обязаны были ежегодно отработать по паре сотен часов на том или ином производственном участке. Якобы личным примером демонстрируя свою скромность и демократизм, но на самом деле готовя себя в штрейкбрехеры, чтобы в случае забастовки низов иметь возможность самим обеспечить элементарную жизнедеятельность Братства.

Попутно я растолковал Федосовым, как важно им теперь никогда не огрызаться, соблюдать со всеми должную дистанцию и не иметь кислой физиономии. А самое главное: не переживать от холодной отчуждённости ветеранов-галерников. Пройдёт полтора-два года, прежде чем вы почувствуете, что вас приняли в общую компанию. Поэтому пока у них выход один: искать и находить удовольствие в той работе, которой будут заниматься, и постараться подобрать себе какое-нибудь полезное хобби. Составили расписание их работ в галерных цехах на первую неделю, и, чтобы они не выглядели слишком удручёнными, я всем троим вручил по подарку: отцу — охотничий арбалет, матери — кухонный комбайн, сыну — японский двухкассетник.

Аналогичным образом, только без подарков, действовал с доставшейся ему семьёй и Адольф, лишь, по собственному признанию, слегка перегнув с устрашениями. Как бы там ни было, наши сводные однофамильцы стали без опозданий являться на работу и трудились там весьма усердно.