Страница 12

Накануне праздника, 17 июня, благочестивые богомольцы и паломники с двух часов дня сплошными рядами занимали огромную площадь перед Варварскими воротами. К этому времени причт и церковный староста из приходской церкви во имя Всех Святых уже готовились вынимать чудотворный образ из киота, а хор певчих, расположившись с правой стороны от Варварских ворот, пел канон Пресвятой Богородице: "О, Царице Небесная! Пресвятая Богородице, помилуй нас! Пресвятая Богородице, спаси нас!". В эти торжественные минуты всеобщей молитвы икону вынимали из киота и начинали тихонько спускать со стены на специально приготовленный для этого случая помост. Народ в благоговении падал на колени и с умилением и слезами молился Заступнице Усердной, и такие торжественные молебны перед иконой беспрерывно продолжались три дня. После этого икона таким же порядком водворялась на свое место.

Особенно стали почитать москвичи список Боголюбской иконы Божией Матери после того, как во время моровой язвы от нее являлась помощь Божия. Но в это же время, осенью 1771 года, Боголюбская икона Пресвятой Богородицы и Всехсвятская церковь сделались участниками жестокой исторической драмы.

Дворяне, спасаясь от смертоносной заразы, уезжали в свои подмосковные имения; по городу бродили шайки лихих людей, которые грабили опустевшие дома и тащили все подряд — часто и зараженные вещи, так что сами становились жертвами страшного мора. За день умирало по тысяче человек; в разных местах города горели костры, в которых жгли вещи умерших. Колодники в черных масках и шляпах собирали на улицах трупы, во всех церквах тоскливо звонили погребальные колокола… Многие молились в храмах, но были и такие, кто целыми часами пропадал в кабаках.

Однажды во время богослужения священник церкви Всех Святых неосторожно рассказал пастве о сне одного фабричного рабочего, которому во сне будто бы явилась Пресвятая Богородица. Она объяснила несчастье тем, что москвичи недостаточно почитают Ее Боголюбивый образ, и Сын Божий решил побить Москву каменным дождем. Но Она упросила Его смягчить наказание, и горожанам был послан страшный трехмесячный мор.

Богобоязненный народ тотчас бросился к Варварским воротам вымаливать прощение. Возбужденная толпа быстро росла, так как всем хотелось поцеловать чудотворный образ Небесной Заступницы. Забыв о той опасности, которой они подвергались от соприкосновения с зараженными, москвичи слезно молили Царицу Небесную о заступничестве. Духовные и светские власти предприняли тогда меры предосторожности, но это имело самые печальные последствия.

Митрополит Московский Амвросий, опасаясь распространения эпидемии, приказал снять икону, а толпу; в которой было много больных, разогнать. Народ зароптал, потом возмутился, раздались крики: "Смерть Амвросию!". С Ку-лишек разбушевавшиеся москвичи помчались по Варварке, ворвались в Кремль, но митрополиту удалось добраться до Донского монастыря; здесь бунтовщики настигли владыку и забили кольями. В книге "Седая старина Москвы" говорится: "Благодаря генералу Еропкину бунт был подавлен. Трое главных убийц повешены; двенадцать человек наказаны кнутом и сосланы в каторгу. В течение целого гада покойного митрополита Амвросия поминали во все службы, а убийцам возглашалась анафема".

Борьба с Новгородом

Во времена седой древности, когда славяне еще только стали принимать финские племена, главным в Ростово-Суздальской земле был Новгород. Сначала город был мирно расположен к этому краю, к тому же большей частью населенному его колонистами. Но впоследствии, когда Русь соединилась под властью Киева и сам Новгород должен был подчиниться великому столу, Ростово-Суздальская земля сделалась особым княжеским уделом и отпала от древней связи с Новгородом. Однако тот не забыл старины и постоянно стремился подчинить себе прежнее свое достояние.

Нет нужды говорить о том, что постепенно отношения между ними становились враждебными, хотя сначала это выражалось лишь внешне — родовыми распрями князей. Но со временем начинается вражда между самими землями, и Ростов и Суздаль стали отвечать Новгороду такой же неприязнью, так что, по историческим сведениям, суздальцы и новгородцы враждовать между собой начали давно. На этой почве часто разгорались столкновения, так как те и другие только и искали случая, чтобы померяться силами.