Страница 22

— Не-а, необязательно им быть синими.

— Необязательно?

— Только легальные — синие.

— Ты имеешь в виду, что есть и другие?

— Ясное дело. Например, чёрные… Только не говори мне, что ты никогда не слышал о чёрных перьях.

— Нет.

— Чёрные лучше всех. Это пиратские копии. Типа, нелегальные. Очень крутые. А у Слиппи чёрных до фига, так?

— Конечно, у него много чёрных, но это не значит, что они виртовые перья. Виртовые перья даже в магазинах ещё не продают, если у тебя, конечно, нет кучи наличных. А у Слиппи вряд ли есть столько денег. Где ему взять виртовые перья? Я думаю, у него они обычные, может, вороньи, например.

— Ты так думаешь?

— Да, именно так я и думаю.

— Ну, а я всё равно думаю, что это виртовые перья, и, думаю, поэтому он может управлять насекомыми.

Тогда мы были обычными детьми, которые не нашли лучшего занятия, чем валяться в густой траве, курить сигареты, слушать, как жуки-факелы ведут перестрелку огнём, и играть со своим собственным дрессированным жуком, заставляя его выпускать пламя из задницы снова и снова, пока он совсем не выдохнется. Два обычных ребёнка, которые говорят о вещах, о которых не знают ничего.

Наверное, мне нужно было догадаться о том, что произойдёт потом, зная, как устроены мозги Элиота. И зная о том, что время от времени он не прочь своровать что-нибудь типа комиксов или, например, номеров журнала «Кот Игрун», сигарет и всего такого. А однажды он стащил плакат Интерактивной Мадонны, просто снял его со стены, свернул в рулон и ушёл с ним под мышкой. Но все эти вещи он воровал в магазинах, я никогда не думал, что он стащит что-то у друзей или у собственной семьи.

Так что примерно через две недели, когда каникулы уже заканчивались и он попросил меня встретиться, я думал, будет что-то вроде последней охоты на жуков перед школой. Я даже захватил с собой сачок и банку. Хотя, в некотором смысле, они мне понадобились.

— Ты стащил его? — удивился я.

— Ясное дело.

Элиот снял рубашку. Оно и понятно — было очень жарко, это же лето всё-таки.

— У дяди?

— Ага, прямо из спальни. Я зашёл к нему и спросил, не надо ли чего купить в магазине. Он сказал, что составит список, и пока он писал, повернувшись спиной, я стащил первое попавшееся перо.

— Офигеть! Давай показывай тогда.

— Смотри, только аккуратно.

Элиот отдал мне перо, чёрное перо. Я взял его за кончик, как будто оно было живое, или что-то вроде того, как будто оно было опасным. Я покрутил его в пальцах, казалось, оно впитывало солнечный свет, сверкая.

— Видишь, как оно блестит? — отметил Элиот. — И цвета? Видишь, вкрапления розового?

— Ага.

— Оно не просто чёрное, понимаешь? В него ещё что-то добавили.

— Это просто цвет, ничего особенного. Лёгкий оттенок розового, вот и всё. А что значит розовый?

— Не знаю. Но информация зависит от цвета. Ты что, не читал об этом?

— Читал. И всё равно это не доказывает того, что это виртовое перо.

— Есть только один способ узнать.

— Что? Ты имеешь в виду?..

— Давай попробуем.

— Засунуть его в рот? Никогда!

— Боишься, что ли? Боишься пера?