Страница 77

26 – Добраться живым домой (с переходом в микс):(Getting Home Safely (in the mix))

Ещё одна история из жизни. Или, вернее сказать, сон из жизни. Который приснился мне довольно давно и с тех пор не отпускал. Я склонен считать его одним из самых ранних отправных пунктов, из которых выросла концепция «Вирта».

27 – Пиксельное лицо:(Pixel Face)

Ключевой текст. Ещё одна возможность взглянуть на юные годы и свершения мисс Хобарт, и, само собой, Джазира Малика. Но главное здесь — это голос, голос рассказчика. Когда пишешь рассказ или даже роман, первое дело — выбрать для него подходящий голос. Вслух я его читаю с дурацким манчестерским акцентом, и аудитория помирает со смеху, особенно на первой странице. И ещё мне нравится мораль рассказа, замкнутая на себя мораль группы отморозков. Чтобы писать, нужно быть открытым новым идеям. Нужно уметь, смотря по телевизору передачу, где лица юных преступников закрыты размытыми пикселями, задать себе вопрос: «А что, если на самом деле там чье-то чужое лицо?» У меня нет специальных рецептов относительно того, как научиться генерировать идеи, но я знаю, что чем больше ты это делаешь, тем лучше у тебя получается. Довольно скоро ты уже почти ни на что не можешь смотреть, не задавая себе вопроса: «Что, если?» Что, если, что, если, что, если. Когда главная картинка зафиксирована, ты решаешь, к какому месту рассказа она относится, в чём её эмоциональное значение, а дальше уже пишешь о том, что было до, и о том, что после. «Крылатый мой охранник в колеснице» — искажённая цитата из стихотворения Эндрю Марвелла «К стыдливой возлюбленной»*.

* Как и отмечено должным образом в сноске к рассказу.

28 – Стигмата:(Stigmatica)

Побег, пущенный в сторону предыдущим рассказом. Несложная переделка старой, старой темы. Каинова печать. Помню, как-то читал рассказ про парня, который убил мастера татуировок, после чего обнаружил, что татуировки начали расти прямо у него на теле*. С моей стороны фактически — бесстыжий плагиат.

* Чем-то похоже на «Иллюстрированного человека» Брэдбери, но вряд ли оно, пусть выглядит и знакомо.

29 – Аутопсия колибри:(Autopsy of a Hummingbird) (“Вскрытие свиристеля” в ориг. переводе статьи)

Самое любимое из моих названий*. Сам рассказ не вполне его достоин, и задним числом я теперь не вполне уверен и в его сексуальной подоплёке. Как ни странно, вырос он из истории про «Экстравирт»: идея заключалась в том, что у каждого робо внутри имеется подобная машина, а кормить её следовало через рот на животе. Робо по какой-то причине называли устройство «сутенёром», понятия не имею, отчего. Так или иначе, идея убежала из рассказа, чтобы зажить собственной (не вполне пристойной) жизнью. Что хотите, то и думайте.

* И, разумеется, уже в силу этого – кошмар для переводчика. Хотя что-то вроде бы вытянуть удалось.

30 – Из книги о нимфоматизации:(from The Book of Nymphomation)