Страница 42

Главной заботой оставался Финский залив и совместная отработка линейными кораблями обороны у центрального заграждения. Тактику этой обороны совместными усилиями Н.И. Игнатьева и М.Б. Черкасского удалось весьма оживить и более оживленными стали последующие маневры.

7 октября их повторили в прежнем составе, а 13 октября к "синим" отошли "Рюрик","Полтава", "Гангут", "Петропавловск", "Андрей Первозванный", "Император Павел I". Красными были "Аврора", "Диана", "Амур". После маневров для практики перешли в Ревель. Задачи маневрирования повторили 15 октября. Флот, физически ощутив мощь дредноутов и живую струю мысли и творчества, исходившую из штаба, ощущал подъем, схожий с тем, какой в Порт-Артуре был вызван вступлением в командование С.О. Макарова.

Так или иначе, но и в эти, и в последующие дни, месяцы и годы войны офицерам и, наверное, также и части матросов "Андрея Первозванного", приходилось, наблюдая за таинственными приготовлениями и перемещениями дредноутов, только мечтать о том, чтобы на счетчиках лагов их корабля невыразительные двузначные цифры коротких миль местных переходов сменились бы трехзначными, а курсы и путь их корабля совпали бы с курсом и путем дредноутов. Мечты эти оказались несбыточными. Дредноутам доставалась слава смелых походов в море, на них было обращено внимание штаба и командующего флотом.

Свое назначение имели "Слава" и "Цесаревич" встретившиеся 1916 г. в Моонзунде. Но назначение "Андрея Первозванного" оставалось неопределенным.

23. Зов Моонзунда

Составляя третью маневренную группу, "Андрей Первозванный" и "Император Павел I" как заколдованные, оставались привязанными к центральной позиции, бой на которой казался все менее реальным и с которым, наверное, вполне могли справиться четыре дредноута. Ведь должны же были союзники, в случае штурма центрального заграждения прийти, наконец, на помощь России и ударами с запада не позволить немцам ввести свой флот в Финский залив. Профессор Б.Б. Жерве (1878–1934) вообще считал участие двух додредноутов несовместимым с боем дредноутов на центральной позиции. Для своего класса они составляли "весьма сильный тип линейных кораблей", но "по своим тактическим свойствам мало годились для совместного с нашими дредноутами боя на центральной или передовой позициях против прорывающихся дивизий германских дредноутов" (Данилов Н.А., Смешанная операция в Рижском заливе в июне-августе 1916 г. М.Л., 1927. с. XXXVII).

Надо было, наконец, понять, что оборона Рижского залива, в который упирается фланг русской армии, составляет теперь главную заботу флота и для этой обороны необходимы более мощные корабли, чем "Слава" и переведенный 30 августа 1916 г. "Цесаревич". Здесь были нужны корабли, имевшие более мощную и дальнобойную артиллерию, более надежное бронирование. Такими кораблями, в равной мере способными эффективно решать обе стоявшие перед ними задачи — бой в море и поддержка флангов армии — были "Андрей Первозванный" и "Император Павел I". Но ни в 1915, ни 1916, ни даже в 1917 гг. решение об их использовании не приняли.

В 1915 г. их не взяли в естественно напрашивавшуюся экспедицию двух дредноутов, чтобы оставить в Рижском заливе. В 1916 г. они остались в стороне от готовившейся флотом масштабной десантной операции (в июле-августе), когда ее успех наполовину зависел от надежности обороны Ирбена. "Прославившийся" на полях Манчжурии генерал Куропаткин, вновь явившись по воле императора в роли полководца, сумел во многом сорвать эту операцию. Не подлежит сомнению, что будь тогда "Андрей Первозванный" и "Император Павел I" введены в Рижский залив, флот и энергично готовившие операцию штаб и адмирал Канин могли быть вполне уверены в обороне Ирбена и с большей настойчивостью добиваться от ставки осуществления ее в необходимом широком масштабе. Это сделало бы нереальной одновременный штурм центрального заграждения, чего все же не переставало опасаться командование флота.