Страница 185

И тогда книгу своей жизни он решает издать сам. А деньги на это заработает изобретениями в элеваторном деле!

В типографии Сибкрайсоюза старики-метранпажи привыкли уже, что всклокоченный бородатый чудак каждый божий день у них допоздна. Жуя на ужин хлебную корку, держит корректуру, правит, дописывает на колене. В заштатной типографии нет шрифта с математическими символами? Он покупает его за свои и туже затягивает ремень.

До него элеваторы строили в Сибири по заморским проектам. За них нищая страна платит золотом. Но проекты предполагают строить из высококачественных пиломатериалов. А где их взять, когда простые гвозди в дефиците?!

Новатор во всем, к чему бы ни прикоснулся, Кондратюк проектирует по принципу «русской избы» и строит без гвоздей самый большой в мире деревянный элеватор на 10 тысяч тонн зерна. Он прослужит людям более полувека. Стоял бы и до сих пор, если бы его не сожгли бомжи.

Безвестного механика из «Сибхлебстроя», всколыхнувшего московские научные круги дерзкой книжкой о космонавтике, ищут известные ученые. Но напрасно стучится почтальон в бревенчатый домик на улице Державина, 7, где Кондратюк снимал комнатушку. С ордером на арест за № 895 «черный ворон», локомотив сталинской истории, уже доставил его во внутреннюю тюрьму ОГПУ.

Новаторство обернется двумя томами уголовного дела. Обвинение Новосибирского ОГПУ стандартное: вредительство. Статья 58–7.

«Болит голова. Казенного до сих пор ничего не ем, дают три раза кипяток, 200 гр. хлеба и чашку супа. Первые дни сидел в одиночке без прогулок, затем перевели в другую камеру в 3 кровати для четверых, и первое время я спал на полу. Теперь устроился лучше, если не считать миллиона клопов, с которыми борюсь, но ничего поделать не могу…».

Это из перехваченной охраной записки, ее адресовал жене подельник Кондратюка, районный инженер Горчаков. Кондратюку же писать на волю некому, не от кого ждать передач.

Каждую ночь — многочасовые допросы. Копали широко — под москвичей, под союзное правление «Хлебостроя». Продукт горячечного мозга опера Кузнецова — «Схема контрреволюционной организации». От Москвы в конце цепочки: «пом. районного инженера Кондратюк».

Ах, строил без гвоздей? Это чтобы быстрее развалился социализм!!

Позже станут загонять иголки под ногти. Из камеры он выйдет без одиннадцати зубов, но сфабрикованных обвинений не подпишет.

Приговор коллегии ОГПУ: три года концлагерей.

При таких трагических обстоятельствах всплывает еще одно женское имя. И тоже Ольга. Ольга Горчакова — супруга его подельника. Их связывают многолетние симпатии. Кондратюк как-то полушутя даже предлагал ей оставить мужа.

После приговора Ольга бросится в Москву — спасать и мужа, и Юрича. И добьется, что концлагерь им заменят так называемой шарашкой.

Остриженный «под ноль» тюремным парикмахером, на нужды первой сталинской пятилетки Кондратюк будет пахать за решеткой, в проектном бюро ОГПУ № 14.

В «шарашке», прознав каким-то образом о конкурсе, осужденный Кондратюк всего за два месяца выполнит совершенно необычный эскизный проект. Он победит на конкурсе два специализированных научных института.

Невиданным проектом зека заинтересовался лично нарком тяжелой промышленности Серго Орджоникидзе. Он предсказывал большое будущее ветроэнергетике, и вызвал Кондратюка для беседы в Москву. А позже добился, казалось бы, невозможного:

«Выписка из заседания Коллегии ОГПУ от 27 апреля 1933.

КОНДРАТЮКА Юрия Васильевича — ДОСРОЧНО ОСВОБОДИТЬ».

Проездом из заключения в Харьков, куда Серго направил его в Институт промэнергетики для составления рабочего проекта, Кондратюк побывал в Москве. И здесь произошла знаменательная встреча, которая могла перевернуть всю его жизнь.