Страница 49

78

НЕТРАДИЦИОННЫЕ РЕЛИГИИ ся разрешимой. При установлении отношения противоречия между следствиями теорий, которое требуется для выбора между теориями, стабильность смысла не является необходимой. Если две теории имеют перекрывающиеся области приложимости (в случае с двумя последовательными теориями это условие выполняется), то, несмотря на изменение смысла общих терминов, следствия этих теорий могут быть сравнены благодаря тому, что термины имеют общую референтность. Другая трудность — отсутствие нейтрального по отношению к последовательно сменяющим друг друга теориям языка наблюдения — является действительно реальной в связи с тем, что эти теории используются при интерпретации экспериментального результата, который призван сыграть роль проверочного по отношению к ним. В ряде работ было показано, однако, что в познании существует слой эмпирических данных, который, являясь теоретически нагруженным, тем не менее оказывается нейтральным по отношению к сравниваемым теориям, поскольку в его интерпретации участвуют другие, отличные от сравниваемых теории. Он и способен сыграть роль языка наблюдения, нейтрального по отношению к сравниваемым теориям. Т. о., ТН1 является слишком сильным для того, чтобы соответствовать реальному процессу познания. Вопреки утверждениям сторонников ТН1 существует возможность сравнения теорий уже на экспериментальной почве. Неполнота и неоднозначность такого сравнения отчасти компенсируется применением различных внеэмпирических соображений, напр. сравнительной простоты или различных эстетических соображений.

ТН2 является более слабой версией ТН1 : отрицается существование только абсолютных критериев и оценок. И если ТН 1 неадекватен научной практике, то ТН2 с некоторыми оговорками справедлив: абсолютных критериев и оценок теорий действительно не существует. Бессмысленно ставить вопрос, какая из последовательно сменяющих теорий «лучше», если употреблять это слово в смысле большего соответствия «лучшей» теории некоему абстрактному внеисторическому эталону сценки теорий. Новая теория является более углубленной, точной и специализированной реконструкцией реальности, и, имея это в виду, можно говорить о прогрессе в развитии научного знания. Но, оставаясь в рамках самого научного познания, указать однозначный критерий прогресса невозможно — для этого необходим выход в область взаимоотношения теорий и практической деятельности людей, взятых в их историческом развитии. Сторонники тезиса о несоизмеримости теорий считают справедливым не только ТН2, но и ТН1. Характерна в этом плане позиция П. Фейерабенда. Признание в качестве справедливого ТН 1 служит для него основанием для поисков внеэмпирических стандартов оценки теорий. П. Фейерабенд указывает на целый ряд формальных и неформальных критериев сравнения теорий. Однако он считает, что эти требования в значительной степени субъективны. Утверждая на этом основании неизбежность превращения оценки и отбора теорий из рутинной процедуры в комплексное решение, опирающееся на борьбу мнений, предпочтений и т. п., Фейерабенд делает вывод о невозможности рациональной реконструкции процесса смены фундаментальных научных теорий. В современной литературе этот вывод подвергается основательной критике. Лит.: Кун Т. Структура научных революций. М, 1975; ПорусВ. Н. Актуальные проблемы анализа «научных революции».— В кн.: Аналитические обзоры зарубежной литературы. М.. 1983, с. 7—40; Feyera- bendP. К. Explanation, Reduction and Empiricism.— Mi

НЕСТЯЖАТЕЛЬСТВО — религиозно-нравственное течение в Русской Православной Церкви кон. 15 — 1-й пол. 16 в. Духовный глава — преп. Нил Сорский. Основные представители: Вассиан Косой (Патрикеев), Артемий Троицкий, Максим Грек и др. К кон. 15 в. по мере роста и укрепления русского государства встал вопрос о роли и месте церкви в системе государственно-политических институтов. В самой церкви к этому времени складываются две крайние точки зрения нестяжателей и иосифлян. Иосифляне выступали за активную позицию церкви в Делах государства, нестяжатели, наоборот, опираясь на традиции восточного исихазма, отстаивали независимость церкви от государства, были против вмешательства церкви e мирские дела и главной задачей духовенства считали отказ от соблазнов мира и собственное нравственное самосовершенствование. Верные идеалам христианского гуманизма, они убеждали прощать покаявшихся еретиков. Нестяжатели отказывались от какого бы то ни было собирания (стяжания) богатства, отдавали предпочтение внутренней сущности веры перед внешней, обрядовой стороной религии. В конечном итоге иосифляне, благодаря своей активной позиции, одержали верх. На соборе 1525 был осужден Максим Грек, в 1531 — Вассилн Косой. К сер. 16 в. нестяжательство фактически прекратило свое существование. Лит.: Лурье Я. С. Идеологическая борьба в русской публицистике кон. 15-нач. 16 в. М. -Л., 1960. Е. Н. Бутузкина