Страница 14

— Смотри, — он показал пальцем на один из чипов. — Это не пайка, это литьё. Микросхема впаяна в плату, а сверху залита компаундом. Не вытащить, не заменить. Всё монолитное. Если что-то сгорит — весь прибор на выброс.

Он замолчал, рассматривая плату. Я ждал.

— Заводское производство, — сказал он наконец. — Не кустарное. Тут чипы, которые здесь не найти, даже если повезёт. А литьё… — он покачал головой. — В этом мире никто такого сделать не сможет. Не через сто лет, не через тысячу. Для этого нужны заводы, технологии, которых у нас нет и не будет. Мы даже понять не можем, как это работает, не то что повторить.

Он отложил прибор, посмотрел на меня.

— Если он сломается — всё. Починить не сможет никто.

Я молчал. Артем смотрел на плату, потом на меня.

— Вполне вероятно что это вообще не наше, — сказал он. — Не наша технология. Может, вообще не нашего мира.

Мы вышли на улицу. Я придержал дверь, пропуская Олега, и закрыл её за собой. Артем остался внизу, в своей тесной каморке, среди разобранных плат и радиодеталей. Мне было жаль его, хотя он не жаловался. Он делал то, что умел, и не просил другого.

Олег закурил, прислонившись к стене. Я встал рядом, сжимая в руке тяжёлый кейс. В голове крутилось одно: прибор нельзя перенести работающим и второго такого не будет. Значит, надо действовать по-другому.

— Что теперь? — спросил Олег, выпуская дым.

Я посмотрел на кейс.

— Поехали домой ко мне, — сказал я. — Там попробуем.

Мы доехали до дома. Я заглушил мотор, вылез. Олег за мной. Во дворе было тихо. Я открыл калитку, прошёл к тому месту, где когда-то Клаус пытался открыть портал. Достал прибор. Олег помог выгрузить генератор, подключить, завести.

Прибор загудел, экран засветился. Девять пиков. Я переключил на режим частот. Начал перебирать.

Первый. Второй. Третий. Четвёртый. Пятый. Шестой. Седьмой.

На седьмом, в самом низу экрана, едва заметная, мерцала точка. Я навёл курсор, нажал «Set». Прибор загудел громче. И в углу дисплея загорелась стрелка. Она указывала прямо перед собой.

— Открывается, — сказал Олег.

Марево формировалось медленно. Сначала лёгкая рябь, потом дрожащий воздух, потом — проход. За ним был холодный, серый свет. Снег. Я узнал этот свет.

— Наш мир, — сказал я.

Олег молчал, никак не отреагировав на «откровение».

Я забежал в дом, взял тулуп, который висел в сенях. Унты, шапку, перчатки. Быстро покидал в рюкзак продуктов какие нашел, закинул на плечо. Олег ждал у портала.