Страница 34

От желания разжечь костёр пришлось отказаться — мы сейчас находились под самым носом у противника, и дым мог легко выдать. Но просто подогреть еду не возбранялось.

Я достал из вещмешка две таблетки сухого спирта, положил их на бетонный пол, чиркнул зажигалкой. Из того же комплекта вытащил подставочки, установил над таблетками. Достал банку с кашей, вскрыл ножом, поставил подогреваться. Дядя Саша молча протянул свою банку с тушёнкой — я поставил на вторую подставку.

Прежде чем банки зашипели, нагреваясь, ждали довольно долго — минут десять, может, больше. Показалось, что даже в комнате стало чуть теплее.

Когда ужин основательно разогрелся, я сдвинул обе таблетки вместе, добавил третью. Достал алюминиевую кружку. Кофе в термосах кончился ещё по дороге — последние глотки мы выпили часа три назад. Оставалась только вода.

Налил из фляги, поставил кружку на огонь.

Закипело быстро. Пузыри побежали со дна, кружка задымилась. Я снял кружку с огня, сыпанул туда растворимого кофе — щедро, не жалея, — и кусочек сахара. Размешал ножом, отдал дяде Саше.

Он взял, отхлебнул осторожно, обжигаясь, прикрыл глаза. Потом вернул.

— Хорош, — сказал он. — Горячий.

Я пил, грея руки об алюминий. Кофе горчил, сахар почти не чувствовался, но на холоде и такой напиток заходил на «ура».

Дядя Саша достал сигареты — те, что дал Твердохлебов. Вытащил одну, прикурил от зажигалки, выпустил дым в потолок. Сидел, смотрел на красный огонёк.

— Как думаешь искать наших? — спросил он.

Я отставил кружку, облизал пересохшие губы.

Стоило рассказать про сон? Сны мне снились вещие — факт. Но этот — странный. Мало того что в нём я убил кучу подготовленного народа голыми руками, так ещё и в виде призрака. Или как назвать того, кто делает что-то реальное во сне? И проснувшись, я был уверен — это было наяву. Чувствовал хруст позвонков, тяжесть тел, которые падают на бетон.

А теперь сомневался. Чем больше проходило времени, тем сильнее сомневался. Может, действительно просто приснилось? Может, мозг сыграл шутку и мы сейчас топаем не пойми куда?

— Не знаю, — сказал я. — Могу только предполагать.