Страница 13

Фоном слышно:

Аве цезарь, Аве.

Человек с главного плана скидывает обойму пистолета на землю, вставляет свежую, трижды стреляет в воздух и продолжает:

«Засуньте себе в сраку лайки, комменты и возмущения, мне на них по хуй. Я могу поссать на каждого из вас или насрать на вашу могилу, мне поебать, кто вы, что вы. Мам ваших не ебал, стремаюсь марать хуй о старых шлюх, дочерей и сестёр ваших ёб, я рвал им очко, пока они лизали мне яйца. Записаться на приём, для вылизывания моих яиц, а также с вопросами, пожеланиями и предложениями можно, по номеру телефона или другим контактам, указанным на официальном сайте партии. Раздуть за движ и положняк, можно на сайте неофициальном. Поздравления и подарки, оставляйте в штабах партии «Чёрная Россия» по всему миру. Люблю халву, варенье, сало – плевок - шучу, табак и виски люблю».

Фоном звучит залп из автоматной очереди.

Лицо пропадает из кадра, появляется четыре человека в балаклавах и чёрных одеяниях военного кроя. Ускоренная перемотка, на которой видно, как они дораскапывают могилу, достают гроб, плоские ящики, по типу оружейных армейских, с металлическими ручками по бокам для переноски. Автомобиль из которого велась съемка, подъезжает ближе, теперь свет фонарей сфокусирован на символах, нанесённых аэрозольными красками, поверх восьми армейских ящиков.

Четверо неизвестных приоткрывают ломиками половину ящиков, не поднимая крышки. Съёмка переходит в нормальный скоростной режим.

Появляется лицо самопровозглашённого царя, он снимает крышку с ящика, помеченного короной. Внутри изделия из золота и драгоценных камней. Поверх находится тиара с многочисленных фото английской королевы, Елизаветы II, та, что была украдена с другими семейными сокровищами у Романовых под предлогом спасения от революционеров, ящик изобилирует ненайденными драгоценностями из громких ограблений прошлого, среди которых походная корона какого-то европейского монарха, в кругах историков считается бесследно утерянной много веков тому назад. Неожиданно найденный символ власти оказывается на голове человека, сделавшего громкое заявление, следом на шею опустилась увесистая цепь с орденом. Подмигивает и надевает очки.

Происходит вскрытие оставшихся ящиков с символами рубля, доллара и ножа, в них соответственно оказываются рубли, доллары и оружие разного типа и вида, из последнего он достаёт шашку с надписью на ножнах: «За Веру, Царя и Отечество». Щёлкает пальцами, показывая указательным в сторону автомобиля, и люди, выполнявшие грязную работу, начинают их уносить, в это время прикуривается еще одна сигарета, двойной хлопок в ладони, и из-за кадра протягивается рука, трясущая бутылку шампанского.

Шашка в руке одним гусарским движением избавляет бутылку от части горлышка, с находящейся там пробкой, пена бьёт фонтаном.

— Половина нам, половина на общак, справедливо? Справедливо.

Фоном залп выстрелов из пистолета и крики «Аве цезарь, Аве». Тем временем пена из бутылки шампанского заливает объектив камеры и прекращает видео.

В моей голове перекати-поле и завывание ветра. Сказать, что я ахуел, от увиденного, значит вообще ничего не сказать, тот исключительный момент, когда, ты начинаешь скучать по временам, когда тебя катали в багажнике и пиздили в ангаре. Шок от увиденного проявил себя и в физическом состоянии, тело онемело, язык прилип к нёбу, я в своих ушах слышу учащённый стук сердца.

Молчаливый ступор прерывается серией вопросов.

— Ну, братишка, чё молчишь? Расскажи нам, добрым людям, почему ты себя так ведёшь? Слова гадкие на камеру произносишь. Могилу древнего Вора разрушаешь. Мы все тут Воры. Ты это знаешь. Ответить перед нами придётся. — Вова застыл, высверливая меня тяжёлым взглядом, и это всё вообще не выглядит, как шутка.