Страница 6

Разговор тёк, и ничего полезного в нём не было. Феофилакт говорил — медленно, тщательно подбирая славянские слова, — а его сосед, высокий сутулый секретарь с вощёным планшетом, синхронно переводил остальным. Сергей не понимал, о чём тот бормочет, но само бормотание раздражало — оно звучало как жужжание мухи над ухом, не громкое, но непрерывное. Особенно бесило, что Феофилакт делал паузу, дожидаясь, пока перевод закончится, и только потом продолжал. Получалось медленно, тягуче, и Сергей уже через полчаса мечтал, чтобы обед наконец закончился.

А говорили они всё то же, что он слышал от десятков послов до этого. Кто вы? Откуда пришли? Как долго стоите на этой земле? С миром ли к нам? Мы ищем дружбы. Мы не желаем войны. Василевс щедр. Торговля выгодна всем. Сергей отвечал на автомате, выученными формулами: мы — воины, пришли издалека, стоим здесь по воле богов, с миром ко всем, кто с миром к нам. Сам в это время думал о том, что ничего полезного из разговора не узнает.

А еще он косился на Ирину. Не потому, что она была красива — хотя черты её, тонкие и правильные, действительно привлекали. Но интересовало его другое. Ему казалось, что ей переводчик не нужен. Она сидела с краю, склонившись над своей табличкой, и что-то быстро записывала стилом, но при этом, когда Сергей говорил, поднимала голову чуть раньше, чем секретарь начинал переводить. И пару раз, когда он намеренно ускорял речь, её губы едва заметно шевелились, повторяя слова. Она понимала достаточно чтобы следить за разговором без чужой помощи.

Сергей не подал виду. Пусть думают, что он не заметил. Но на заметку взял: эта девушка не просто любопытная спутница, и, возможно, именно она здесь самая опасная.