Страница 81

А как первые месяцы неслись! Стремительно! Ты не дни считала - жаркие ночи! Время мерила ими, встречами этими тайными, украдкой, за спиной у мужа. Слепая страсть и страх разоблачения, они подогревали друг друга, смешались в одно целое, и от этого ощущения становились ещё острее. О том, что ходила по краю, по самой кромочке, позднее только поняла. А поначалу ничего не замечала, никого не видела! Никого, кроме своего милого!

Какое же это счастье, когда он рядом, когда его можно видеть в любую минуту. А сейчас? Что сейчас? Ничего тебе не осталось, кроме воспоминаний, кроме этой гру-сти саднящей.

Сердце аж заколотилось, заныло в груди, и ребёнок в животе отозвался тревожно коротким сильным толчком, будто спрашивая: "Ты чего там, мама?"

Да, маленький, мы одни остались с тобой. В неласковый мир предстоит тебе ро-диться, в недоброе время... Что хорошего ждёт ребёнка, если мать его и сама не знает, кто его отец. Как примет тебя Лидас?.. Ну, хоть Кэйдар, глядишь, оставит нас в покое после решения Правителя...

Айна со вздохом положила раскрытую ладонь на выпирающий живот, вторая рука легла на холодный мрамор перил. Ледяной ветер с моря, колючий, оставляющий на губах привкус соли, давно уже стянул накидку с головы. Айна чувствовала, что зябнет, что замерзают открытые руки и плечи, что холод пробирает до костей. Но уходить не спешила. Решила дождаться, когда торжественная процессия двинется назад. Потому что загадала: если повернут налево от рыночных рядов, то всё устроится в жизни у неё и её ребёнка, а если направо... Да, направо!.. Цепочка огней, как гигантская змея, извиваясь и дрожа, огибала главный храм Каракаса, устремляясь в правую часть города. Ветер, возвращаясь, приносил с собой крики, грохот бараба-нов и визг дудок, нестройное хоровое пение пока ещё трезвых голосов.

Это знак, должно быть, приготовиться к худшему. Хотя... Какие перемены могут теперь ждать тебя после всего пережитого? Что нового может случиться с тобой? Ничего! Ты так и умрёшь в этих мраморных стенах, лишённая права покидать Дво-рец Правителя.

* * *

Хадисса отказалась идти на представление, чуть поджав губы, ответила, скрывая в улыбке насмешку:

- И что интересного в этом развлечении? Подумаешь, событие! У нас уже давно проводят ритуальные бои по всем крупным праздникам...

С ней в одном лишь можно было согласиться: ей, женщине, не за чем глядеть на ритуальные бои. Что она в них понимает?

Отец Воплощённый тоже не будет присутствовать. Об этом Кэйдар узнал уже перед самым уходом. И Лидас. А Велианаса так даже в городе нет.

Ну и пусть! Буду один! Что в этом такого?

... Аридис давно уже объявил о начале представления, но в ложе будущего Прави-теля появился только сейчас. И с одной лишь целью: напомнить о себе, заработать ещё одну похвалу в свой адрес. Знал, что господин Кэйдар всегда любил смотреть ритуальные бои, уж он-то знает в этом толк, сумеет оценить.

Но господин Кэйдар оказался занят, говорил с начальником городской охраны. Вернее, больше-то Дириссий говорил, склонив в почтительном поклоне рано посе-девшую голову, а Наследник, глядя куда-то в сторону, но никак не на арену, нервно барабанил пальцами по подлокотнику роскошного кресла.

Аридис различил отрывок разговора, вовсе не предназначенного для кого-то третьего:

- ...Приметы совпадают точно!..

- ...

- Да-да, господин, одна... Одна, без ребёнка... Говорили, она часто там появляет-ся... Хорошо, господин Наследник, воин у входа будет дежурить постоянно...