Страница 30

— Ох, братцы, чуток беды вы не наделали, — вздохнул Шилов. — Царя там нет, причём нет его там давно. Да и отрёкся он. Вы что, не в курсе? Все царские прихлебатели из Зимнего съехали. Там с октября пятнадцатого года военный госпиталь для солдат, раненных на войне. Причём заметьте, госпиталь только для солдат. Неужели не слышали? Все парадные и церемониальные залы, кроме Большого тронного, превращены в огромные палаты, в которых размещаются по двести человек. Представляете, сколько там нашего брата солдата израненного лежит? А в анфиладе залов, которые выходят окнами на набережную Невы, находятся лежачие больные, которые не могут самостоятельно передвигаться. И именно туда вы направили свои стволы.

— От же сука, — выматерился Сколотнев. — То-то мне его слащавая рожа сразу не понравилась.

К этому моменту прислуга второго орудия уже подошла ближе и прекрасно слышала всё, что сказал Василий. Внезапно один из солдат взрычал, словно лев, почуявший свободу, расправил плечи и ломанулся к лестнице. Схватил там увесистый колун-топор, которым обивали лёд на ступеньках, и во весь свой богатырский размах рубанул по обрезу дула верхней части вестовой пушки.

— Хватит! Хватит! Всё-о! — выдохнул он и, бросив колун под ноги, опустился на станину.

Шилов посмотрел с бастиона на город, попрощался с канонирами и пошёл с Марковым к Иоановскому мосту. У первых ворот крепости, держа под уздцы коня, его ожидал Филатов. Заметив, что с Василием ещё и унтер, он махнул рукой и к ним, с явной неохотой, подвели запасного скакуна.

— Залезай, друзёк! Подрастряси ляжки, — засмеялся незлобливо подхорунжий.