Страница 31

Никто не обратил внимания на молодого, стройного офицера, появившегося в дверях аппаратной. За сортировочным столиком, боком к входу, целиком погрузившись в рутину бумажных дел, надсадно сопел начальник. Он на мгновения отрывался то от одного, то от другого листа, откладывал их в сторону и начинал рыться в кипе документов, явно что-то выискивая, очень ему необходимое.

Перекликались звонки, сигнализирующие о начале передачи сообщений или же о приёме таковых. Периодически раздавались призывы операторов: «Ленту!», требующих поднести новую ленту на аппарат. Стучали по клавишам телеграфисты. Самым востребованным был букво-печатающий телеграфный аппарат профессора Юза, который обслуживал линию Петроград-Москва. Оператор едва успевал раскладывать новые сообщения на приставленном к его рабочему месту столе.

Офицер внимательным взглядом изучил всех сотрудников, удовлетворённо кивнул своим мыслям и так же, стараясь не привлекать резкими движениями кого-либо в зале, вышел. Через пять минут он вернулся в сопровождении ещё пятерых военных. Более возрастной и представительный мужчина, в шинели без знаков отличия, прошёл в центр зала и громко обратился к поглощённым работой операторам, телеграфистам.

— Дамы и господа! Минуточку внимания! Прошу вас, прервитесь. Возьмите паузу.

Начальник, ещё туго соображая, полностью находясь внутри проблем, предвещавших бумагами, которые лежали на его сортировочном столе, поднял безумные глаза на офицера.

— Что здесь собственно происходит? Вы кто? — он, поднимаясь со стула, повысил тональность своего отнюдь не столь начальственного голоса.

— Всё просто, господа! Это захват. Почтово-телеграфная контора переходит под контроль новой власти. Можете не беспокоиться и продолжать работать, как работали до услышанного только что сообщения. Единственным нововведением будет то, что сейчас вы оставите действующими пять телефонных коммутаторов. Остальные барышни спокойно отдыхают. Каждые двадцать минут будете меняться. Все телефонные разговоры будут прослушиваться нашими контролёрами. Все ненужные переговоры будут моментально разъединены. Телеграфные сообщения принимаем в обычном режиме. Контролёр осуществляет цензуру и решает, каким образом поступить с телеграммой.[1] Кому-то что-то не понятно? Вопросы?

Телеграфист за аппаратом Юза, словно гимназист, неуверенно потянул руку вверх.

— Что у Вас? — разрешая задать вопрос, кивнул офицер.

— Извините, господин... не знаю, к сожалению, Вашего звания, но телеграмм очень много поступает. Ваш человек просто не в состоянии будет успевать с ними ознакамливаться и тут же принимать решения.

— Не переживайте, этот, — мужчина сделал акцент на слове «этот», — справится.

* * *