Страница 46

В воздухе витала приятная свежесть. Небо сияло безоблачной чистотой. Вокруг царили безмятежность и тишина. Василий аккуратно утрамбовывал снег под локтями, чтобы не потревожить снежную пыль на ветках. Температура едва опустилась ниже нуля, но дыхание уже начало превращаться в лёгкие облачка пара. Чтобы не выдать себя, Шилов плотно натянул на лицо марлю, прикрывающую нижнюю часть лица. Как же хорошо! Лёгкий морозец наполнял атмосферу особым спокойствием и умиротворением.

Василий оценивающим взглядом осмотрел места лёжек своих диверсантов и отметил, что маскировка была на высочайшем уровне.

«Привет, Шилов!» — ворвалось в сознание.

Это было настолько неожиданным, что Василий непроизвольно дёрнулся и нарушил целостность снежного покрова на кустарнике.

«Твою мать, Вася? Что у тебя за дебильная мода в самый неподходящий момент нарисовываться? Не видишь что ли, вот ей-ей не до тебя!»

«Вижу, вижу, что ты рад меня слышать. Да ты не кипишуй! Так кажется у вас говорят? Лучше радость прояви. А по засаде твоей... Вокруг тебя и твоих воинов всё спокойно. Можешь поверить.»

Шилов слушал Чепаева словно на подсознании. Его сейчас больше волновала проблема, менять ли позицию или нет, так как здесь обнажившиеся от снега ветки выделялись среди сплошной белизны и глаз сразу может зацепиться. Но решил оставаться на месте. Мало ли, может птица стряхнула. Главное, что лично его обнаружить довольно проблематично.

«Ну и чего тебе надобно, старче? Помнится, мы с тобой расцеловались на прощанье и разошлись каждый по своей дороге. Мне, между прочим, вернули мою фамилию по рождению и документы справили. Да-а, ты ещё печально так поведал мне, что больше я тебя не услышу, мол, не отпустят тебя. Что, в карты нашу встречу выиграл? Соскучился?»

Чепаев секунду помолчал, словно раздумывал, как отреагировать на слова «захватчика» своего тела.

«Про фамилию знаю и рад за тебя. А про выигрыш... На самом деле, это не я выиграл, а ты, Вася. Оказалось, что Вершители судеб существуют. Их можно по-разному называть: и Высшая форма коллективного сознания всех живущих во Вселенной, Космический разум или Боги. Так вот, в их высоких небесных штабах проанализировали ход общей истории Земли и пришли к выводу, что именно людям России можно предоставить возможность попытки построить новый, светлый мир. Сначала у себя, а потом, глядишь, и распространить опыт дальше. Сами Вершители судеб не могут вмешиваться напрямую, сам понимаешь, вот поэтому опосредованно через тебя решили воздействовать на некоторые моменты. А меня отправили к тебе. Так сказать, назначили твоим ангелом-хранителем. Теперь я буду твоими глазами и твоими ушами. Ну, не в буквальном смысле, конечно. По твоему запросу я буду сообщать тебе об обстановке в радиусе, скажем, до пятидесяти километров. Если же внезапно возникнет опасная ситуация, то я тут же предупрежу тебя сам.»

В принципе Шилова уже мало чем можно было огорошить. Он готов был воспринимать существование нематериальных явлений и признать их влияние на мир и человека, хотя и стремился объяснить для себя все события с помощью материальных процессов, руководствуясь законами природы.

«А вот с этого места давай-ка поподробнее. Не въехал. То есть, ты сидишь со мной в ... нашей башке — чаи гоняешь, а твоя какая-то бестелесная субстанция в это время в поднебесье рассекает и осматривает окрестности?»

Пауза заняла секунды две.

«Нет. Мне будут как бы показывать местность, интересующую тебя. Я так понимаю, что я буду видеть всё происходящее то в одном месте, то в другом и рассказывать тебе».

Василий хотел поменять положение тела, но вовремя вспомнил, что находится не в зале дискуссионного клуба, а лежит в засаде и мысленно матюкнулся.

«Вот видишь, как не вовремя ты появился. Или ты специально так подгадал, злыдень, чтобы я не мог свои эмоции проявить? С твоими видениями, что-то Вершители намудрили. Нельзя что ли, напрямую мне проецировать? Обязательно надо было тебя ко мне подселять?»

«Вопрос не ко мне», — пресёк рассуждения Шилова Чепаев.

Шилов кипел от праведного гнева, но не мог найти выхода для своих эмоций.

«И что, вот эта радость, твоё присутствие, теперь будет круглосуточным? Я даже о своём заветном теперь без контроля с твоей стороны не смогу подумать? Да на хрена мне такое счастье? Верните в зад, как було! Не желаю! Не хо-чу!»

Судя по всему, ангельское терпение Чепаева тоже имело предел, и ему вспышки озлобления были свойственны тоже. Вероятно, ангелам подобное не запрещалось. В сущности, он оставался тем же человеком со всеми присущими ему чувствами, только теперь без тела и в иной форме.

«Да на кой ляд ты мне впёрся, сидеть в твоём мозгу и ежесекундно слушать всякую твою белиберду?» — выпалил он в горячности.

Впрочем, вспышка была именно вспышкой. Блеснула и угасла. Чепаев вновь стал спокойным, уравновешенным.

«Я там же, где и прежде. Единственное отличие, теперь я, вроде как, числюсь на службе. Возложили на меня ответственность за тебя, паразита! Стоит тебе подумать о том, что требуется помощь, секунды не пройдёт — я буду рядом. Ты пойми, здесь время по-другому существует. Кстати, кроме всего прочего, тебя наделяют некоторыми способностями: у тебя значительно улучшится зрение, ты сможешь видеть в темноте, слух у тебя обострится настолько, что ты будешь слышать даже то, о чём шепчутся на расстоянии от тебя за километр. Вот такие плюшки, друг мой. Вася. Да-а, чуть не забыл. «Физики» тебе добавили. Сможешь, в нужный момент, ускоряться, действовать раза в два быстрее, чем ты мог до сей минуты.»