Страница 73

Первыми, пришли в себя от нападения, конечно же, просвещенные мореплаватели Европы и даже открыли ответный огонь, вот только многие из них, быстро поняли, что их орудия, не все добивают до наших кораблей. А это значит, что им необходимо отходить от причалов и пройти некоторое расстояние до наших кораблей. Что они и начали делать, правда, медленно, ведь необходимо поднять в топках давление, до нужного предела, а это процесс не быстрый.

А вот наши орудия 75мм. вполне себе нормально добивали до кораблей всё ещё пока стоящих у причала, кстати, от перелётов каких, уже что-то горело в портовой зоне, так же пострадали и некоторые строения, расположенные вблизи от причалов. Пошли и первые попадания в стоящие корабли, это было уже видно из-за того, что горела крыша одного из стоящих строений, давая хорошее освещение, и хорошо подсвечивая корабли, которые наконец-то стали отходить от причалов. Но вот пока существенных или критичных попаданий, если так можно выразится, в корабли противника не было.

Время перезарядки минных аппаратов на быстроходных яхтах, ещё не было закончено, как часть паровых кораблей под турецким флагом, уже сблизилась с нашими кораблями настолько, что смогла задействовать свою корабельную артиллерию. И сблизились с нами в первую очередь, конечно же франкийцы на своём винтовом фрегате 3-го класса «Armorique», флагмане эскадры контр-адмирала Леона́ра Шарне́, а так же испанцы на своих пароходофрегатах «Reina Blanca» и«Villa de Maderit», ну и неожиданно один из турецких фрегатов, а именно паровой колёсный фрегат «Mecidiye».

Уже после войны мы выяснили, что на паровом колёсном фрегате «Mecidiye», находилось ещё одно значимое, лицо во флоте турецкого султаната -капудан-паша Дамад Гюрджю Халиль Рифат-паша (тур. Damat Gürcü Halil Rifat Paşa), о чём так же свидетельствовал вымпел, на мачте корабля. На него, очень «большое впечатление» произвёл подрыв парового колёсного фрегата «Taif» и уничтожение заодно с ним, канонерской лодки, из состава эскадры охраны порта Синоп и морского района, около него. Поэтому тот приказал, как можно быстрее отходить от причала порта, что и выполнили его подчинённые. Ну и дабы поддержать союзников, так же приказал открыть огонь по кораблям, которые атаковали порт Синоп, правда, при этом отдал вполне разумное указание, держаться позади кораблей союзников.

Вот корабли союзников и показали класс стрельбы, из корабельной артиллерии, на первых же минутах попали сначала паровой авизо эскадры контр-адмирала графа Орлова, из-за чего там возник пожар. Ещё через несколько минут, попадание получил уже «Альбатрос», в его борту образовалось отверстие выше ватерлинии, как раз на уровне артиллерийской палубы и он лишился одного орудия вместе с расчётом, что впрочем, не сказалось на стрельбе, его остальной корабельной артиллерии. Ну и третье, достаточно хорошее попадание, пришлось в одну из канонерских лодок Орлова, что той пришлось выходить из этого морского сражения.

В свою очередь, мы отметились всего лишь двумя попаданиями в пароходофрегат «Reina Blanca», что впрочем, не повлияло на его стрельбу из бортовой артиллерии, по крайней мере, внешне заметно не было.

- Ещё минут десять такой стрельбы, и нам придётся уходить отсюда, - высказался стоящий около меня задумчивый капитан «Чайки» Андреев, потом добавил, - и то если дадут. Вон,уже остальные турки подтягиваются.

Действительно, в это время остальные турецкие военные корабли, стали отходить от причалов, по всей видимости, успели прогреть свои котлы и поднять давление пара, до приемлемого уровня. Да и на двух парусных кораблях, готовились отходить от причалов.

В этот момент, артиллеристы нашего флагмана «Чайки», пристрелявшись, отметились двумя точными попаданиями в пароходофрегат (после войны выяснилось, что это был «Villa de Maderit»), причём от одного из попаданий вспучился его борт, с которого вёлся артиллерийский огонь.

- Топки взорвались, - прокомментировал мой адъютант, который стоял рядом и наблюдал за стрельбой в бинокль, - ход и маневренность, он точно потерял. Сейчас бы его добить.