Страница 76

— Спасибо тебе, дочка, — прошептала она в ответ. — Что вернула его. И… и все.

Мы пили чай с тортом, который оказался невероятно вкусным, и слушали их тихие, сбивчивые рассказы о том, как все решилось. Никакой пафосной романтики, просто тихое понимание, что вдвоем — лучше, теплее, правильнее. И глядя на них, на их простые, сияющие лица, я чувствовала что-то очень важное и хрупкое.

Среди всей этой круговерти, пирамид, цифровых империй и борьбы за будущее, вот оно — настоящее. Простое человеческое счастье. И оно было здесь, в моей квартире, за столом, уставленным чашками и фишками от настолки. И оно было бесценным.

Эпилог

Прошло десять лет.

Этот срок умещает в себя целые жизни. Для ребенка — это путь от первого класса до выпускного. Для мира — смена технологических укладов, политических ландшафтов, моды и… заблуждений.

Для меня эти десять лет были временем бешеного, неостановимого движения.

Моя империя — уже не пирамида, а легитимный, мощный «Консорциум Будущего» — пустила корни во все сферы: от медиа и высоких технологий до реального сектора и даже оборонки.

«Рускоин» стал цифровым стандартом внутри страны и предметом яростных споров за ее пределами. Социальная экосистема «Спутник» была у каждого в кармане. А я, Анна Владимировна Котова, из дерзкой девчонки с YouTube превратилась в фигуру, чье имя произносили с разными интонациями: с надеждой, страхом, уважением, а кто и с ненавистью.

Но был и другой, тайный фронт. Тот, что начался в подвале чернобыльского института.

Появления камней — этих инопланетных семян хаоса, питающихся болью и негативной энергией, — они случались еще не раз!

Быстро была выявлена закономерность. Работал целый институт! Камни материализовались в геопатогенных узлах, в местах, где в прошлом бушевали самые кровопролитные конфликты. Поля былых сражений, руины концлагерей, древние капища, политые кровью. Земля, казалось, хранила память о страдании, и эта память была для них пищей и приманкой.

На волне моего влияния и с помощью людей в погонах, которые помнили Припять, был создан особый, совершенно секретный отдел. Формально — «Отдел по изучению геофизических аномалий». Неформально — «Санитары».

Мы научились выявлять вспышки на ранней стадии, по слабым, но характерным искажениям в энергетическом фоне, которые теперь умели считывать наши приборы, доработанные по чертежам из моей памяти.

Сначала действовали я и несколько выживших из первой команды, к которым присоединились новые, найденные Сенсеем, военными, да и через сарафанное радио среди «чувствительных».

Но потом, после второго, третьего случая, стало ясно: нужна система. Сообщество.

Мы стали собирать их — «Светлых». Не шарлатанов с экранов, а настоящих. Тех, кто родился с даром и нес его как крест или как благословение. Целителей, способных чувствовать болезнь на расстоянии. Ясновидящих, ловивших обрывки событий из будущего и прошлого. Экстрасенсов, умевших взаимодействовать с тонкими материями. Магов, в хорошем смысле этого слова — людей, чья воля могла влиять на реальность.

Их находили по всему постсоветскому пространству, а потом и дальше. Одних уговаривали, другим мягко «помогали» принять правильное решение, третьи шли сами, чувствуя зов.

Сообщество росло. У нас появилась своя, тщательно засекреченная база — бывший санаторий, построенный на месте мощной природной аномалии «светлого» толка. Там была и школа, и исследовательский центр, и место силы, где можно было восстановиться. Мы учились работать вместе, синхронизировать свои энергии, выстраивать не индивидуальные щиты, а общие купола, способные выдержать давление Пустоты.

Теперь, когда «Санитары» выезжали на задание, это была не горстка отчаянных людей, идущих на смерть. Это была операция. Отлаженная, четкая.