Страница 94

Снег с шорохом таял под подошвами. Демьян брёл по разбитому асфальту, вдыхая чёрный дым, смешанный с морозным воздухом. Горели два барака одновременно: в одном когда-то находился архив по распределению, в другом — склад медицинской части. Пахло гарью и чем-то сладковатым, напоминающим жареное мясо. Демьян знал, что это. И знал, кто внутри.

У поворота мелькнула тень.

— Стой! — хрипло окликнул кто-то.

Демьян не остановился.

— Эй, я сказал, стой, у меня патроны есть! — крикнул голос.

Демьян развернулся. Перед ним стоял парень с обгоревшим воротником шинели, державший ружьё. Его руки дрожали.

— Ты из своих? — спросил парень.

— Уже нет, — ответил Демьян, кашлянув. Кровь появилась на его губах. — Что ищешь?

— Вакцину… — парень шагнул ближе. — Или что-нибудь… Хоть что-то. У нас в четвёртом бараке все… Там дети были, и…

— Там уже ничего нет, — отрезал Демьян. — Ни детей, ни четвёртого барака.

Парень покачнулся.

— Как? Они же… Их перевели… — пробормотал он.

— Перевели, — кивнул Демьян. — В морг. Если его тоже не сожгли.

Парень опустил ружьё.

— Ты из медиков? — спросил он.

— Был, — коротко ответил Демьян. — Теперь нет смысла.

— Подожди. Ты ведь Ларин? Ларин, реаниматолог? Ты же ещё с тем, с… — начал парень.

— Не называй, — резко перебил Демьян, шагнув вперёд. — Не называй это имя. Понял?

— Я не знал, — парень отступил. — Слышал только, что ты был в больнице, потом пропал…

— Пропал, — кивнул Демьян. — А теперь вернулся.

На мгновение повисла тишина. Вдалеке затрещал обрушившийся потолок. Где-то снова завыли сирены — слишком поздно, слишком долго. Демьян чувствовал, как дрожит земля от взрывов, обрушений и криков. Ему было всё равно.

— Слушай, — снова заговорил парень. — Если ты что-то знаешь… Ты же из будущего, да? Говорили…

— Я был, — перебил Демьян. — Но теперь я отсюда.

Парень прикусил губу и бросил взгляд через плечо.

— Там ещё Петров. Его избили свои. Говорят, он колол вакцину, но она… — сказал он.

— Не сработала, — снова перебил Демьян. — Знаю. Я видел, как он кричал. Потом молился. Потом… Неважно.

— Он жив? — спросил парень.

— Пока да. Но это временно, — ответил Демьян.

— Это ты сделал? — спросил парень.

— Нет, — Демьян усмехнулся. — Он сам. Я просто убрал лишние переменные.

Сирена раздалась ближе. Свет прожектора прочертил улицу, высветив обугленные стены, окровавленный снег, выбитые окна. Собаки лаяли где-то сзади. Парень дёрнулся.

— Мне надо идти. Если они увидят… — сказал он.

— Иди, — кивнул Демьян. — Но запомни: ты меня не видел.

— Я правда ничего не знаю… — пробормотал парень.

— Именно, — ответил Демьян.

Парень исчез в дыму.

Демьян стоял ещё минуту, затем пошёл дальше. На перекрёстке лежал мёртвый патрульный, лицом вниз, рядом валялась обойма. Штаны были обмочены, пальцы в крови. Демьян посмотрел — пуль не было, только пустые гильзы.

— Стреляли в тень, — хрипло пробормотал он. — Или в голос.

Он прошёл мимо. У двери больницы сидел седой мужчина в халате, босой. Его лицо было заляпано чем-то чёрным, глаза остекленели.

— Ты… Ты, — вдруг сказал он. — Это ты, ты всё…

— Я, — подтвердил Демьян. — И ты знал, что так будет.

— Нет… Нет… Я только… Я делал, что приказано. Они сказали, что… — начал мужчина.

— Не ври, — стиснув зубы, сказал Демьян. — Ты знал, что игнорируешь симптомы. Ты подписал бумаги. Помнишь?

— Но я… Я… У меня дети! — воскликнул мужчина.