Страница 117

Неведомая хрень.

- Команда, во фронт! Офицеры, вперед! Сухими шагами командир идет. И слова равняются в полный рост: с якоря в восемь. Курс - ост.

- Первый, спасибо. Вы сегодня превзошли сами себя, желая сделать моей национальной составляющей приятное - грустно но трогательно улыбнулся Первый. И продолжил:

- У кого жена, брат - пишите, мы не придем назад. Зато будет знатный кегельбан. И старший в ответ: «Есть, капитан!»

- Ладно, давайте пробегаться по основным задачам. Связь с ними обговорили?

- Да. Офицерам, пока они спали, перестроили сетчатку глаз, смогут общаться с нами через планшет, туда же сбрасываем графическую и текстовую информацию. Эти засранцы с Ямагатой во главе придумали весьма здраво. Только мы замаскировали экраны не под планшеты а под обложки записных книжек, оба ходили с ними и никто не заметит каких-то изменений. Правда дронами мы их обеспечить не сможем, корректировка и разведка для них исключены. Только информация от нас, самый минимум. Васильев - на экстренный случай, ему прорастили в висках голосовой интерфейс. Сами понимаете, рисковать как японская банда мы не можем, в телах не должно быть обнаружено никаких улик, что бы не случилось. Со всеми поработали гипномашины, пока они спали, никакого случайного пробалтывания по пьянке не будет, даже между собой они обсуждать произошедшее будут крайне осторожно и по минимуму.

- Рискуем же.

- Сильно рискуем, но что делать. Как только сделают что должны, если останутся живы - эвакуация сюда, без всякого сомнения. Других вариантов такими объемами ворочать в этом времени мы не имеем.

- Их рекомендации по ведению огня мы получили?

- Сказали, отправят уже с броненосца.

- Как бы они свою игру не начали.

- Не волнуйтесь, в это время слово дворянина дорого стоит.

Матрос Васильев.

Так они и шагали по коридору. Посередине - Их Превосходительство, контр-адмирал его Величества Императорского флота, Вильгельм Карлович Витгефт. Справа - Их Благородие и все такое, в общем-то отличный человек, лейтенант Николай Михайлович Кедров. А слева он - матрос Васильев, Василий Архипыч, как ему недавно напомнили. Отца же Архипом звали. И тоже, ага. Флота, значится.

Ого. Нас еще и с оркестром провожают. Музыкантов глазами искать не стал, Васильеву уже объяснил Иваныч, что играл оркестр давно уже, а это записанный звук сейчас. Как и та актриса, которая однажды сыграла Елизавету, и теперь с каждой такой доски, если там что-то понажимать, будет играть и умирать. Столько, сколько скажут. Тоже записанная.

- Что это звучит? - осведомился Кедров у выглянувшего из какой-то двери Олега Денисовича.

- Нравится? Эта музыка через десять лет будет написана. "Прощание славянки". С ней русским еще много войн предстоит пройти - Тот пристроился к ним, идя немного позади.

- А слова есть?

- Даст Бог услышите еще. Слова позже написали, несколько вариантов.

Здорово тут у них сделано, двери сами разъезжаются перед тобой, а потом сзади сами же задраиваются. Ноги сами перешли на размашистый флотский шаг. Потому что вдоль коридора стоял строй. Пяток людей в странной, мешковатой форме серого цвета. Вот, знаки отличия у них какие-то. Погоны.

- Равняйсь! Смирно! Равнение на середину! - Ба, да это же Архипыч тут командует. Тоже видать, их благородие. А с ним как простой мужик вчера сидел.

Их Превосходительство оглянулся на Олега Денисовича, но тот жестом ладони показал, мол это не ко мне.

- Вольно! - неожиданно командным голосом рявкнул Их Превосходительство. И тут-же осведомился:

- Провожаете?

- Так точно, Ваше Превосходительство.

- А это что, весь состав вашей... Станции? - припомнил странное название Витгефт. - Свободные от вахты?