Страница 28

Проникаться любовью к милиционеру я не спешил, не верил в злого и «доброго» полицейского.

Накормив, таким образом, подопечного, мои новые знакомые сели пировать.

Запахи съестного хоть и раздражали моё острое обоняние, но не так сильно, как могли, если бы не бутерброд. Хуже стало, когда они выпили спиртное. Сам коньяк пахнет хорошо, но когда его выдыхают вместе с пережёванной пищей… Бр-р.… Брр!

Наконец, они задымили в два смычка. Всё это время менты о чём-то разговаривали, перемежая речь совершенно непечатными выражениями. Мне стало скучно, и дышать стало нечем.

Потом капитан приоткрыл окно. Дым быстро вытянуло, зато стало немилосердно дуть прямо на меня. Капитан снова сел, продолжая свой трёп с расслабившейся женщиной. Я же мёрз, потирая голые руки и ноги, покрытые мурашками. Свернуться калачиком мешала цепь.

Всё же я сдвинулся поближе к выходу, свернулся там, согревая живот и грудь.

Наконец, вспомнили обо мне:

- Леня, своди щенка в уборную, ты мужчина, всё-таки, - Лёня хмыкнул:

- С каких это пор ты стала стесняться?

- Я не в том смысле.

- А-а… - нескоро дошло до «джентльмена». Он встал, разминая затёкшие ноги и спину, отстегнул от моей лодыжки цепь.

- Пойдём, что ли? – обратился он ко мне.

- Подожди, - лениво сказала моя конвоирша, - возьми наручники, пристегнёшь его там.

- Думаешь, не откроет? – усомнился Лёня.

- Не откроет. Спецзаказ. Специальные детские наручники, испытано. Сними с него шорты и футболку.

- Зачем? – удивился капитан.

- Снимай, не спорь. Ты ещё не имел дело со зверятами?

- Зверятами? – недоумённо пробормотал Лёня, раздевая меня. Я понял, что женщина - милиционер уже набила руку по перевозке малолетних преступников.

- Бери наручники, застёгивай, - капитан застегнул у меня на запястье наручник, который туго обхватил руку.

- Когда сядет, заберёшь у него трусы, если, конечно, не хочешь стоять рядом.

Капитан только хмыкнул и головой покрутил.

Держа на поводке, он вывел меня в коридор. Туалет был рядом, мы прошли только мимо купе проводника, которая с изумлением посмотрела на нас.

Меня завели в туалет, я сел на унитаз, подстелив газету, которая здесь имелась вместо туалетной бумаги. Потом снял трусы и протянул капитану.

Тот посмотрел на меня, сказал:

- Ну, нах…! – открыл окно и закурил.

- Может, пристегнёте и выйдете? – спросил я, - Мне неудобно при вас…

- Не обращай внимания, делай свои дела, я не смотрю.

Я закрыл глаза и расслабился. Хотелось сильно, попроситься раньше было свыше моих сил.

- Что ты натворил, что с тобой так обращаются? – спросил капитан, глядя в окно.

- Пока ничего, - ответил я, - просто сбежал из детдома, хотел найти родственников.

- Что, там несладко было? – повернулся ко мне милиционер.

- Нет, неплохо. Так получилось. Я считал, что так надо.

- Ну и ладно. Не моё это дело. Всё? Одевайся, пошли.