Страница 67

- Девочка! – обратилась ко мне продавщица, - смотри, какие у нас появились юбочки!

Я посмотрел. О! – сказал я сам себе. Симпатичные шотландки. Мини. Между прочим, мне понравилось в юбочке. Не жарко. Сейчас куплю чуть более просторные плавочки, и буду так ходить, пока жарко. Будет холодно, надену шорты, потом штаны…

Пошёл в примерочную, померил. Ещё и трикотажную кофточку. Девочка в зеркале мне понравилась. Лиске, тоже. Она даже позавидовала мне, сказав, что, в своё время, она могла только в лесу надевать модную одежду.

Нашёл здесь бандану, летнюю кепку, похожую на бейсболку. Нижнее бельё, красные нитяные колготки! Японские светлые полукеды.

А что? Финансы позволяли!

- Где у вас велосипеды продаются? – спросил я у весёлой продавщицы. Всё-таки иногда хорошо быть девочкой, к тебе лучше относятся, не ругаются, что отвлекаеют от дел. А за мальчишками всегда глаз да глаз: как бы чего не украл!

Оказывается, неподалёку есть «Культики», где продаются, вместе с книгами, спорттовары.

Зашёл и туда, с мечтой, что сейчас рюкзак, уже здорово оттягивающий плечи, переместится на багажник велосипеда.

Велосипед был. Именно такой, какой мне надо, дамский, со скошенной рамой, над цепью установлен кожух, чтобы не затягивало штаны под звёздочку, от осей до крыльев красивый веер. Но это легко убирается. Не смутила мня и цена: сто рублей с копейками.

Смутило и расстроило до слёз другое:

- Детям не продаём! Приходи с родителями!

- У меня только бабушка!

- Приходи с бабушкой!

- Ей тяжело ходить, а мне, видите, приходится продукты носить. Думала, на велике легче будет, - я шмыгнул носом, думая разжалобить продавщиц, но продавщицы были непреклонны.

Попросить какого-нибудь дядечку или тётечку? Но я уже сказал, что у меня только одна еле живая бабушка. Сверкнув злыми глазами на тёток, я вышел из магазина. Следующим моим недолгим пристанищем была столовая. Тут я оторвался. Наелся! Всё было по-домашнему вкусно. За мной даже убрали посуду, увидев, как я отдуваюсь, почти лёжа на стуле.

Делать нечего! Навьючившись, как верблюд, я пошёл на трассу. Выйдя на автобусную остановку, на которой никого не было, сел на лавочку, пристроил рядом рюкзак. Видимо, автобус недавно ушёл, поэтому я один. Но ладно, ещё не вечер.

Я подложил ладони под коленки, поболтал ногами.

Мимо меня промчался тот самый «четыреста восьмой» «Москвич». Обдал вонючим выхлопом.

Каким бензином пользуется? Шестьдесят шестым, что ли?

Автомобиль вернулся задним ходом.

- Далеко собралась, красавица? – спросил молодой человек, лет тридцати.

- На Дальний Восток! – буркнул я, не двигаясь

- А ты весёлая! – засмеялся водитель, - Садись, подвезу поближе к Дальнему Востоку!

- С незнакомыми дядями не езжу! – ответил я.

- Так давай, познакомимся! Меня Андреем зовут, а тебя?

- Саша! – ответил я.

Странно. Не собирался я садится в подозрительную машину, но такой открытый взгляд был у парня, добрая улыбка, что я соскочил со скамейки, хотел поднять рюкзак, но Андрей был уже рядом, взял рюкзак в руки и опустил его в багажник.

- Ого! Что там? Кирпичи?

- За продуктами ездила. Хотела купить велик, а детям почему-то не продают, - пожаловался я. - Говорят, бабушку приведи. А как я её приведу, если она в деревне? – вдохновенно врал я.

- Печально, - согласился Андрей, открывая мне заднюю дверцу.

- На переднем сиденье гаишники не разрешают сажать детей, - объяснил он, захлопывая дверцу.

Потом сел на своё место, и мы поехали. Водитель он был хороший, гнал автомобиль со скоростью сто километров в час и выше. Проехали мост, другой, деревню Большие Выселки. Я молчал. Чем дальше отвезёт, тем лучше. Когда проехали Филипповку, я встревожился: не могла же мифическая девочка жить так далеко. Уже в Выселках я должна была заволноваться. Но я молчал, пока мы не проехали третий мост. Может, и сейчас бы я молчал, но «дядя Андрей» свернул на просёлок и углубился в лес.