Страница 103

- Не знаю, я хочу быть с тобой. Ты же не бросишь меня? – пытливо посмотрел он мне в глаза. Я отвёл взгляд. Покинуть это семейство мне надо было как можно скорее. Если Родька теперь просто обожает меня, то его родители явно что-то заподозрили, и если не считают меня мальчиком-убийцей, то его сестрой, точно! Когда адреналин в крови у тёти Марины перестал бурлить, и она смогла логически думать, она стала опасливо поглядывать в мою сторону. Понятно, что сейчас я спас её семью, но не стану ли я для них ещё опаснее тех бандитов? Они под моей защитой, пока мне выгодно, а потом? Оставлю я таких свидетелей? Хорошо, её муж ещё не совсем пришёл в себя, плохо соображает.

Никого не спрашивая, я решил взять карту, пошёл к машине. Родька поплёлся за мной.

- Родик! – окликнула его мама.

- Что? – недовольно отозвался мальчик.

- Подойди сюда!

- Я хочу с Сашей! – капризно отказался сын.

- Иди, я тебе что-то скажу! – Родька недовольно дёрнул плечом.

- Иди, Родя, я пока посмотрю карту, - Родька, не смея мне возразить, ушёл. А я сел на раскладной стульчик, валяющийся возле машины, взял карту и принялся внимательно её изучать. Мне нужен был местный аэропорт, и я его нашёл. К сожалению, местные авиалинии связывали только посёлки и города области, или края, которые обслуживал. Чтобы летать по соседней области, сначала надо было туда уехать. Чёртовы зэки! Так бы доехал до Иркутска, а то и дальше, там уже рядом Бурятия.

Теперь надо покидать это милое семейство.

Нет… До Иркутска надо как-то доехать. На вертолётах здесь летают туда, куда не добраться поездом, или на машине. Увезут за тридевять земель, высадят в тайге, и сиди там, жди обратного рейса.

- Саша! – подошла тётя Марина, уже одетая, - Что будем делать?

- Сейчас соберёмся, и поедем, - проворчал я, складывая карту, - вы довезёте меня до Иркутска?

- Почему до Иркутска? – удивилась тётя Марина, - Ты не поедешь с нами?

Я удивлённо посмотрел на женщину. Что-то не складывалось. Я что, совсем не знаю женщин? А сам прикидываюсь девочкой!

- Мне надо ехать дальше, - осторожно сказал я, - лето не резиновое.

- Родик расстроится, по-моему, он уже влюбился в тебя.

- Тем более. Чем дольше мы будем вместе, тем больнее будет расставаться, по себе знаю, - я встал, начал увязывать свой рюкзак.

- Ты ему ничего не сказал? Про меня? – спросила тётя Марина.

- Нет. Меня пытались насиловать, я знаю, каково это, - невесело ответил я.

- Представляю, что стало с насильником! – попыталась улыбнуться тётя Марина.

- Не представляете, - хмуро сказал я, - давайте собираться.

- А что с этими? – кивнула она в сторону злодеев.

- Ничего никому не говорите, я напишу письмо и отдам первому милиционеру, которого мы встретим. Собирайтесь, пока нас здесь не застали!

Я вынул из кармашка рюкзака планшетку с тетрадкой и конверт. Нарисовал на листке бумаги подробную схему проезда с основной трассы, нацарапал: «Здесь привязаны два злодея», и запечатал в конверт, на котором печатными буквами написал: «Отдать в милицию».

Осмотрев лагерь, и убедившись, что по нашим следам трудно будет связать нас с зэками, разве только по следам машины, я поинтересовался, у тёти Марины, что она делает, если надо погладить одежду. К моему удивлению мне дали чудо техники: маленький утюжок, работающий от прикуривателя автомобиля! Я своим глазам не поверил, пока не увидел, что он сделан в ЧССР.

Сарафанчик был уже не совсем чистым, и я выгладил Лискину кофточку и юбочку.

Одевшись, показался тёте Марине:

- Лицо бы нарисовать…

- Лучше не надо, Сашенька, жарко, потечёт. Лучше надень панамку.

Панамку, между прочим, мне давно выстирали и выгладили. Может быть, со стороны она и выглядела ужасно, зато скрывала половину лица, защищала от солнца. Я ещё надел очки.