Страница 108

В просторном зале «Бегущего зайца» было людно. В последний день года солдат освободили от нарядов, и многие пришли в заведение с намерением предаться излюбленному времяпрепровождению – азартным играм, распитию спиртного и распутству. Некоторые перебравшие гуляки уже храпели прямо на столах, другие, пошатываясь, искали дорогу в уборную. Стучали кости, звенели серебряные монеты, смеялись женщины… Сегодня был праздник, поэтому офицеры закрывали глаза на незначительные проступки, если только, разумеется, речь не шла о серьезных нарушениях дисциплины.

Колл подтолкнул Александера к столу, за которым играли в вист. Миниатюрная Эмили Аллер приветливо улыбнулась им. Александер замер в нерешительности, но Колл ободряюще хлопнул его по плечу. Он прекрасно знал, что гнетет брата, и не хотел, чтобы тот уселся в одиночестве заливать свою тоску.

– Ну же! Сегодня все девушки Квебека будут наши! Среди них немало красоток, верно?

– Мне хватит и одной.

– Алекс, не обманывай себя! Эта девушка из буржуазной семьи, и ты прекрасно знаешь, что со дня на день она… Поговорим лучше о чем-нибудь другом. Тем более что сегодня я всех угощаю!

За столом их встретили смехом и приветственными восклицаниями. Мунро уже успел увлечь в уголок какую-то девицу и буквально утонул носом в ее декольте. Финли с товарищами идти отказался, и в компании не уставали шутить насчет того, что он сейчас занят. Кто-то даже предложил заключить пари на предмет того, как скоро он станет отцом.

Музыкант тронул струны старенькой скрипки, и она пронзительно вскрикнула. Но вскоре его пальцы согрелись, и он приступил к делу с бо́льшим пылом и мастерством. А потом к скрипке присоединились дудочка и варган. Кабачок наполнился музыкой, которая усилила веселье и обострила и без того разгоряченные чувства собравшихся, в основном шотландцев и ирландцев. Песню завели хором, после чего Мунро, признанный певец, под восторженные крики товарищей исполнил соло:

– Came ye o’er frae France? Came ye down by Lu

Ему начали подпевать. У многих на глаза навернулись слезы – вспомнились давно ушедшие времена, когда процветали кланы Хайленда и в битвах проливалась кровь храбрых, вдохновляя бардов на сочинение баллад. Нет, не угаснет стремление якобитов к независимости, в их душах по-прежнему живет мечта о свободе! Сегодня они снова пьют за здоровье Стюартов!

Увлеченный игрой, Александер не сразу почувствовал запах недорогих духов, уже несколько минут витавший рядом. Только когда две маленькие ручки принялись массировать ему плечи, он понял, что за спиной стоит Эмили. Он вздрогнул, когда она наклонилась, подставляя ему под нос свое декольте. Шнурок на корсаже – для бо́льшей соблазнительности – был слегка распущен. Эффект не заставил себя ждать: молодой солдат с вожделением уставился на розовые полукружья грудей.

Воздержание, которого Александер счел нужным придерживаться с того момента, когда они с Изабель начали встречаться, и алкоголь воспламенили кровь. Александер почувствовал, как напрягается все его тело, и в особенности внизу живота. Заметила это и Эмили.

– Мой красавчик Алекс! Ты совсем не скучал по своему «талисману удачи»? – зашептала она ему на ухо, подражая грубому шотландскому акценту. – А мне и вправду казалось, что я – твой талисман… Но ты почему-то про меня совсем забыл.

– Эмили, я…

С улыбкой на тонких губах Эмили села Александеру на колени. Товарищи тут же начали его подзадоривать. Поцеловав его в губы, она с удовлетворением отметила, что член у нее под ногой моментально напрягся.

– Твой французский улучшается день ото дня, и выражения сплошь элегантные, господские… Могу я узнать, где ты нашел такого славного учителя? Или я недостаточно хороша для тебя, мой котеночек?

– Aye! «Gros loup»! Ha! ha! ha! The wee lass is gantin for it! Ye auld devil, give her a bite in the doup![142]

Игроки за соседними столами захохотали.

– Что говорят твои приятели?

– Ничего, просто шутят.

– Я сегодня одна весь вечер, – шепнула дерзкая соблазнительница Александеру на ухо, касаясь попутно рукой его напряженного члена. – Может, пожелаешь мне счастливого нового года?

– Bliadhna Mhath Alasdair! Ye should take a lang stroll, if ye see what I meen? Go wish the lassie happy Hogmanay like a true Scotsman![143]