Страница 21

Комната встретила Егора стандартным ассортиментом запахов: керосин, устойчивая старая пыль и тонкая, почти деликатная нотка безысходности. Он опустился на колени и откинул половицу — та отозвалась таким выразительным скрипом, будто хотела предупредить: «не лезь, дурак».

Под доской обнаружилась небольшая металлическая коробка — ржавая, но держалась из последних сил, как опытный хранитель чужих секретов.

— Ну хоть не змея, — пробормотал Егор, подцепляя крышку перочинным ножом, который он украл у охранника «для медицинских нужд».

Крышка поддалась не сразу, а с коротким, возмущённым стоном — будто ей не платили за сверхурочную работу хранителем тайн. Внутри лежал сложенный лист бумаги, пожелтевший, с фирменным запахом времени и архивного ожидания. На листе обнаружился чертёж — весьма подозрительно напоминающий ту самую USB-лампу, которую Егор не так давно прятал под матрасом.

Внизу аккуратная подпись: «Проект Пульс». Ещё ниже, дрожащими буквами, дописано: «Они следят. Найди Льва». Бумага, похоже, не только знала секреты, но и явно нервничала по этому поводу.

— Конечно, — сказал Егор. — Найди Льва. Замечательно. В тридцать восьмом году в Москве, где на каждом углу агент в шляпе. Ещё бы написали «купи батон без очереди».

Он перевернул листок. На обороте кто-то не слишком уверенной рукой приписал карандашом: «Не верь зеркалам». Почерк был такой, что сразу становилось ясно: автор либо сильно спешил, либо уже давно не верил никому — особенно отражениям.

— Это уже какая-то корпоративная шизофрения, — пробормотал он. — Осталось только, чтобы лампа запела.

Он сложил бумагу, собираясь вернуть её в коробку, когда за спиной раздалось:

— Что вы нашли, доктор Небесный?

Егор чуть не ударился головой о край пола.

— Боже, Надежда! — выдохнул он. — Вы как тень. Без звука.

— Простите, — улыбнулась она, входя. — У вас не было ответа на стук. Я решила, что вы... заснули.

— Да, обычно я сплю с открытым полом, — буркнул Егор. — Очень полезно для осанки.

Она наклонилась, разглядывая коробку.

— Что это?

— Это? — Егор поднял её. — Антиквариат. Местного значения. Возможно, сувенир с прошлой чистки.

— Вы шутите, — сказала она, но улыбка не исчезла. — Мне сказали, вы... необычный человек.

— Это в каком смысле?

— В смысле, вы не похожи на других врачей, которых сюда приводили. Те обычно... не спорят с охраной.

— Я гуманист, — сказал Егор. — Даже к охранникам отношусь бережно.

Она рассмеялась. Смех был лёгкий, но в нём звенело что-то фальшивое.

— У вас интересная находка. Я видела подобные схемы в архиве.

— Серьёзно?

— Да. Там хранятся документы по техническим экспериментам НКВД. Только... доступ к ним ограничен.

— И вы, конечно, можете его устроить, — осторожно сказал Егор.

— Возможно, — ответила она, проходя к окну. — Если вы скажете мне, откуда у вас эта коробка.

— С потолка упала, — сказал он, не моргнув. — Очень активная штука, прыгучая.

Надежда посмотрела на него так, как смотрят на пациента, который утверждает, что у него в ухе живёт Ленин.

— Доктор, вы странный человек.

— Спасибо, я стараюсь.

Она подошла ближе, почти вплотную.

— Я могу вам помочь. Доступ к архиву — редкость. Вы же хотите разобраться, верно?

Егор замялся.

«Если она агент, я влип. Если не агент — я влип вдвойне».