Страница 11

г. Клаусталь, Цитадель Основания

май 2081

В конце недели пришла пора наводить порядок на территории после зимы. Для обозначения весенней генеральной уборки использовали русское слово «субботник», хоть дата и выпала на воскресенье.

Руководил работами высоченный Чен Джао – брюнет с монголоидным разрезом глаз и выступающим подбородком викинга.

«Самый высокий китаец на свете» – как он частенько рекомендовал себя. Его дед, доктор Джао, действительно был хань по национальности и находился среди Основателей в Первом убежище Х-Space в Гамбурге. Он тогда попытался добраться до своей родины, но уже в порту узнал из обрывков радиопередач, что та опустошена даже сильнее, чем Европа, и никаких кораблей больше по океанам не ходит. Несколько дней он тщетно искал любое судно, а когда отчаялся – община была на пути в эвакуационный лагерь, он с ними разминулся. Но ему повезло. Хоть и не сразу, но Джао удалось разыскать товарищей уже в Гарце.

Внук его, конечно, не был чистокровным потомком жителей Поднебесной. Но однажды, находясь в патруле на отдалённой ферме и наткнувшись на парочку воров, он вырубил их с помощью черенка от лопаты, как боевой монах Шаолиня. По-китайски его имя звучало бы наоборот – Джао Чен. Но, как и многие здесь, он считал себя человеком мира.

– Медленно, медленно работаем, товарищи. Пусть нанотехнологии заставят ваши киберлопаты и квантовые грабли двигаться быстрее. Вперёд, и да пребудет с вами Сила и энергия «ци»! – командовал он, указывая новый фронт работы.

В тот день они убирали сад и облагораживали площадь рядом с главным корпусом.

Брат Джао был не только «кастелян», то есть завхоз (а если буквально – «смотритель замка» у феодала), но и профессор медицины и физики.

Обращение «брат» или «сестра» большинством использовалось скорее в шутку. Но Джао так называли без иронии. Наверное, по ассоциации с фильмами о восточных монастырях и боевых монахах. А может, он реально для каждого был строгим старшим братом, который может и помочь, и мозги вправить, хоть и без рукоприкладства.

Во время таких мероприятий не существовало ни статусов, ни других регалий. А поводом для освобождения могла стать только очень веская причина – серьёзная проблема со здоровьем, например. Впрочем, никто даже и не помышлял как-то увильнуть. Работали с удовольствием.

За работающими людьми наблюдал похожий на немецкую овчарку пёс. Он сидел на куче камней, предназначенных для создания альпийской горки. Сверху ему было лучше видно хозяйку, и когда она проходила достаточно близко, пёс радостно постукивал хвостом. Это был Малыш, питомец Эльзы. Из беспомощного, обречённого на голодную смерть осиротевшего щенка вырос преданный, красивый и умный друг.

За три часа убрали всё, что нужно. Ещё бы, сегодня их собралось здесь больше ста человек, и никто не отлынивал. Двор просто сиял. Время пролетело незаметно, под шутки и разговоры, не мешавшие работе.

– Все свободны, друзья. Спасибо за ваш вклад в дело вселенской гармонии! Каждый получит кармическую благодарность, – кастелян, чей костюм напоминал гибрид френча и монашеского одеяния, поклонился им, – В следующей жизни. Ну а в этой – один миска рис и плюс сто социального рейтинга.

Это была шутка с фальшивым акцентом.

Коммунары разошлись по своим делам. Отдых у них тоже считался важным делом.

«А ведь когда-то я совсем не выносил физический труд…» – подумал Данилов, ставя на место вёдра и инструмент.