Страница 20

А напротив научного блока (и в этом была логика Основания) находился вход в Пантеон. Коллективное святилище. Там в зале с дорическими колоннами фигура Всеблагого Макаронного Монстра стояла рядом с Распятым Дружищем Крисом (Buddy Chris). Последователей у них было примерно одинаковое количество. Третьим был Будда-Бодхисатва. А рядом Ктулху, четвертый по количеству паствы, осенял культистов своими щупальцами с постамента в виде покрытого водорослями морского дна. Таков путь экуменизма.

«Крис был наш чувак, – говорил британец-астроном. – Мессия изгоев, искателей правды и равенства. Учитель рабов, которые хотели быть свободными. А не бог тиранов, палачей, доносчиков и лицемерных подонков, которые цепляются за каждую буковку, лишь бы кинуть в вас камень».

«И на фильм «Догма» этот Небесный Чувак точно не обиделся бы. А вот любителей выворачивать его учение наизнанку, чтобы оправдать всякие гадости, мог бы и кнутом приласкать», – подумал Младший.

Хотя больше всего тут было агностиков:

«Я не знаю, есть ли там Кто-то – в межгалактической пустоте или в чёрной дыре в центре галактики. И не могу быть уверен, что он есть, даже если Он заговорит со мной. Вдруг мне показалось? Вдруг я сошёл с ума? Вдруг его голос имитируют такие же, как мы, но чуть более развитые шутники из другого измерения? Но я также не могу быть уверен на сто процентов, что его нет. Даже если наука это докажет. Ведь он должен быть достаточно могущественным, чтобы задурить головы и отвести глаза всем учёным. Но если он есть, передаю ему привет и приглашаю выпить пива. Или латте с корицей. Но самое главное – есть он или нет – я буду следовать своему моральному компасу во благо себя, ближних и всех людей Земли».

«У них нет ничего святого!!!» – примерно так говорили про Основание в кирхах, в пивных и на рыночных площадях остальной Германии.

«Как это нет? Много святого. Целая большая комната. Называется Пантеон». Влажная уборка по средам и пятницам, а в остальное время там ездит робот-пылесос. И никаких клириков. Каждый приходящий – сам себе священник.

И туда даже не обязательно было ходить. Кому требовались ритуалы, тот мог отправлять их, как хотел – в своём жилище, с друзьями в столовой или у себя в голове. Считалось априорным знание, что Высшему существу и Создателю Вселенной не нужны специальные помещения, служители, каналы связи для общения со смертными. И он может квантовым образом общаться с каждым, где бы тот ни находился.

У входа в Пантеон стоял ящичек с прорезью. Можно написать своему божеству. Нет, Младший не верил в такую помощь и покровительство. Да и не о чем было сейчас просить.

Наконец, он добрался до общего жилого блока на третьем этаже. Многие «парные» адепты жили в коттеджах (быстровозводимых щитовых домиках), одинокие чаще квартировали в Соборе. Дети с самого раннего возраста воспитывались в коллективе. Ясли, детский сад, школа. Всё с круглосуточным проживанием. Родители могли иногда забирать их, пообщаться. Дети, не зная другой жизни, «по дому» не скучали. Да и некогда было скучать. Возле лестничной клетки стоял «Ящик для предложений». Это уже адресовано людям, не богам.И не для сообщения о чьём-то неправильном поведении. Такое обсуждалось публично на товарищеском суде, там можно было указать товарищу на его ошибку, если повод достаточно веский, и ты отвечаешь за свои слова. Анонимные же доносы были строго запрещены.