Страница 68

Когда Рафаэль ничего не сказал, у неё по спине пробежало предостерегающее ощущение.

— Архангел? Поговори со мной.

— Такая кровь, — пробормотал Рафаэль, — несёт вечную силу… это не вещь смертных.

— Моя мать определённо была смертной. — Елена видела, как она умерла, как побледнело её лицо, а смеющиеся глаза потускнели.

Рафаэль положил руку ей на затылок.

— Еще, будучи человеком, ты заперла передо мной ментальные двери, а это невыполнимая задача.

— Рафаэль, она не была ангелом или вампиром. Остаётся лишь одно.

— Не совсем. — Он говорил, смотря на одеяло. — Вампиры моложе двухсот лет могут зачать детей. И эти дети смертны.

Елена моргнула, уставилась на одеяло, потом снова на него. В это мгновение её жизнь со скрежещущим визгом перевернулась с ног на голову.

— Хочешь сказать, что я наполовину вампир?

— Нет, Елена. До того, как стать ангелом, ты была смертной. Но в крови твоей матери была сила. В её кровной линии присутствовал вампир.

— Мне нужно присесть. — Но она прислонилась к Рафаэлю, прижимая одеяло к груди. — Отец… Он может не знать. — Джеффри ненавидел вампиров и терпел только Харрисона из-за деловых связей с его семьёй. — Думаю, это сломит его.

— У него нет причин знать об этом. — Рафаэль убрал волосы с её лица. — Я хотел бы больше узнать о твоём детстве… давай другие вещи посмотрим.

— Да.

Затем самое могущественное существо в городе и стране опустилось на колени рядом с ней, укутывая в тяжёлое тепло одного из крыльев, а Елена показывала ему кусочки своей жизни, до момента, когда Слейтер Паталис разбил её на тысячу кровавых кусков. По дороге обратно он рассказал ей, как бегал по усаженным цветами улицам Аманата, как весь город обожал его.