Страница 49

На следующий день в среду 17-го октября для всех кто пришёл на Центральный стадион имени Ленина, где московский «Спартак» принимал ереванский «Арарат», выглянуло на небе ясное золотое, как золотые спортивные медали, солнце. Столбик термометра впервые в этом месяце и, скорее всего, в последний раз в этом году поднялся до плюс 12-и градусов Цельсия. Однако если над болельщиками распростёрлось безоблачное небо, то над играющими командами сгустились самые настоящие футбольные тучи. К 82-ой минуте матча на электронном табло стадиона горели два унылых ноля. Для игроков из Еревана эта ничья становилась уже 13-ой и не добавляла в копилку столь нужного очка. А для нашего «Спартака» безголевой матч говорил о том, что команда прошла пик своей формы и дальше всё будет только хуже.

Лично я сидел на скамейке запасных и изредка посматривал на братьев Старостиных. Кстати, они уже одну замену провели. Вместо молодого нападающего Сергея Родионова выпустили более опытного Евгения Сидорова. И теперь по задумке братьев он должен был помогать в атаке Саше Калашникову, подключаясь из глубины поля. Во всех остальных линиях наша красно-белая дружина имела самые сыгранные и привычные сочетания. На воротах Дасаев, в защите: Мирзоян, Пригода и Романцев, в полузащите: Хидиятуллин, Шавло, Гаврилов, Черенков и Заваров. И хоть сочетания были привычные, привычной игры сегодня не получалось.

За всю игру мои партнёры по команде создали от силы четыре голевых момента. В первом тайме мог отличиться Саша Заваров, который вышел под острым углом на ворота «Арарата» и сильно пробил прямо в голкипера гостей Владимира Васильева. Далее Юра Гаврилов мог открыть счёт, когда после подачи углового опасно бил головой. К сожалению, мяч лишь чиркнул перекладину с внешней стороны и улетел за пределы поля. Во втором тайме красиво пробил из-за пределов штрафной Фёдор Черенков, гостей вновь выручил вратарь. И наконец, Сергей Родионов бил из сутолоки перед воротами с десяти метров, но попал в штангу. Между прочим, гости тоже могли отличиться. Невысокий и коренастый атакующий полузащитник Хорен Оганесян совершил сольный проход к воротам Рината Дасаева и с 15-и метров махнул мимо цели.

А трибуны, начиная со второго тайма, свистели, галдели и требовали, что бы «дед» выпустил на поле Владимира Никонова, то есть меня. «Никонов! Никонов!» — кричали самые преданные фаны с виража. И их можно было понять. Два последних матча, с ЦСКА и против сборной Румынии, закончились с общим счётом — 10:4, и из этих 10-и мячей я забил ровно половину.

«Пять минут до финального свистка, — пробурчал я себе под нос. — Неужели нельзя было придумать что-то поумнее, чем наказание по принципу — назло мамке отморожу уши? Влепили бы денежный штраф или накарябали бы выговор в трудовую книжку. Зачем меня на лавке-то мариновать, когда на табло нули? Какой смысл?».

— Никонов! — вдруг донёсся до меня голос Андрея Петровича Старостина. — Быстро разминайся, сейчас выйдешь вместо Калашникова. Товарищ судья, у нас замена! — тут же закричал он резервному судье.

«Что там говорил Юрий Васильевич про гипноз? — усмехнулся я про себя, молча скидывая куртку и спортивные штаны. — Заработала гипнотическая установка в моей голове! Заработала! Осталось ещё с помощью телекинеза закинуть мяч в сетку „Арарата“ и хоть сейчас на „Битву экстрасенсов“. А если серьёзно, то за шесть минут забить можно только при очень большом везении. Футбол — это не хоккей, здесь поле больше, скорости ниже, а ещё нет скользкого льда, поэтому „дурные мячи“ залетают гораздо реже».

— Где я играю? Где? — спросил меня Женя Сидоров, когда я выбежал на кочковатый лужниковский газон, заменив Сашку Калашникова.

В данный момент и я, и Сидоров являлись однотипными форвардами. Нам обоим, учитывая скромные габариты, вернее всего было атаковать вторым темпом. Но так как братья Старостины выпустили меня на поле без персонального задания, то я это задние придумал сам.

— Играешь на острие атаки, ставишь корпус и любым способом цепляешься за мячи, — усмехнулся я, представив, как Женя Сидоров будет толкаться с физически мощными парнями из Еревана. — Я сыграю под нападающим, отработаю по всему полю. Сил у меня вагон, жаль только времени с гулькин нос, — рыкнул я и отметил, что остались какие-то жалкие три минуты.

После чего рванул к дальней правой бровке, где на нашей половине поля Саша Заваров намеревался ввести мяч из-за боковой линии. На эту передачу предложили себя Фёдор Черенков и Вагиз Хидиятуллин. Однако Заваров чуть-чуть потянул время, дождался, когда я приблизился на расстояние в 15 метров и швырнул этот мяч именно мне. Трибуны стадиона тут же принялись напевать: