Страница 50

— Леди Грей не рабыня, а мэр нашего добропорядочного города. — возразил он, хоть и понимал, что это может стоить ему жизни.

— Я даю два часа. — проигнорировал я его слова. —  Если вы не сдадитесь за это время, и не вернете мне убийцу собственной сестры, прольется очень много крови. — закончил я и мои глаза, вместе с глазами воинов из под шлемов, засветились кроваво красным светом.

— … — шериф мигом вытянулся по струнке и испуганно убежал обратно к воротам, быстро забежав за них.

Ожидаемо, что через два часа они не стали сдаваться, и я начал осаду. Когда мои солдаты стали приближаться к стенам, стражники Бауэрстоуна стали в них стрелять из луков и арбалетов, но их стрелы беспомощно бились о щиты и броню демонических солдат, а если и попадали в тела, то раны на них всё равно быстро заживали. А вот у стражников подобной брони и регенерации не было, оттого они очень быстро умирали от стрел моих лучников.

Осадная компания проходила очень успешно, солдаты перебили всех на стенах, а это где-то четверть всей стражи и по моей команде встали смирно, и более не наступали. Мы стали ждать, когда людям в городе надоест это и они сами выдадут мне Грей с городом на блюдечке, а в моей не наступательной осаде, они продержаться меньше недели, прежде чем у них закончиться продовольствие.

К ночи, на стены подоспела подмога и мою армию стали пуще прежнего отстреливать болтами и стрелами, а демонические солдаты отвечали. Я же тратил это время с умом, тренируясь в превращении драконида. Как оказалось, я могу, как наверно и любой другой дракон, выдыхать сгустки пламени, правда у меня всегда получалось инфернальное красное пламя, ну да ладно, так даже круче.

К утру, когда новую партию стражников перебили, как и прежних, очевидно что сама Грей сдаваться мне в руки не хочет, но и сбежать никак не сможет. Она в отчаянии и не знает, что ей делать, оттого не может принять единственно верное решение, настраивая людей в городе, и без того недовольных ей, против себя.

Когда начало темнеть, из-за ворот вышел знакомый мне, чернокожий в броне. Громобой, он же брат Уиспер и подкаблучник Леди Грей.

— Надо же. Эльвира настолько напугана, что послала свою самую легкомыслящую пешку. — усмехнулся я и встал с импровизированного трона, пройдя к центру поля, куда же направлялся и Громобой.

— Ты сам выбрал, где встретить своө смерть. — процедил он сквозь зубы, встав напротив меня. — Деревенскому выскочке, я не по зубам. Даже если ты друг Уиспер.

— И что это значит? Можно на человеческом говорить черножопый пень? — оскорбил я его, чем вызвал на его лице переполняемый гнев.

— Я вызываю тебя на дуэль за честь Леди и свободу Бауэрстоуна! — гневно ответил он, обнажив своё оружие и щит с вырезанным лицом зверя.

— Не знаю, какую лапшу тебе вешает на уши моя рабыня, но ты чересчур туп, раз веришь каждому слову этой шлюшки. — оскорбил я и Эльвира, и лицо Громобоя теперь переполняла и злоба за даму сердца.

— Я не позволю оскорблять мою Леди! Бери оружие и дерись трус! — прокричал Громобой.

— А ты ещё и истеричка. Чтож, давно я ни с кем не спаринговался, но чтобы победить тебя, оружие мне ни к чему.  — демонстративно размял я шею и руки, чтобы ещё сильнее разозлить оппонента. — Я буду сдерживаться изо всех сил старпер, чтобы не убить тебя. Ради Уиспер разумеется.