Страница 32

Порадовался за жену. Ну правда, теперь уже из трех отгулов только два осталось. Приятно было, конечно, как жена соскучилась. Могла же сегодня Валентину Никаноровну, как обычно, попросить и этот день отработать. А она вот не выдержала, так по мне соскучилась, что отгул взяла, честно заслуженный на ниве дипломатической работы, так сказать.

Рассказала Галия о том, что с актером из Ленкома познакомилась и его женой. Он молодой, но в полном восторге от моей пьесы находится. Сказал ей, что в «Ромэне» уже видел постановку моей пьесы с участием Андрея Миронова, и она им очень понравилась.

Надо же, — удивленно подумал я. — Неужели я действительно становлюсь настоящим драматургом? Вот же как забавно бывает.

Галия добавила еще, что актер этот предложил встретиться как-нибудь семьями в ресторане и что она в принципе не против. Я пожал плечами и сказал, что почему бы и нет, можно и встретиться.

Пару сплетен еще со своей работы рассказала. С чем у них хорошо, так это с этим — коллектив в основном женский, и сплетен всегда много. Ну, в принципе, так и работать на самом деле, наверное, интереснее.

Спохватившись, маму набрал по телефону. Аполлинария очень обрадовалась, услышав, что я благополучно приехал. Через пять минут с ребенком к нам спустилась. Достал и подарил ей тоже кофточку. Ну а что? Прекрасный подарок. Места много в чемодане не занимает. А женщинам такая обновка — самое то.

Еще одну кофточку, кстати, на день рождения ей подарю. Скоро он уже. Да, про шапку вскладчину с Ахмадом помню, но вот что-то захотелось, как увидел, тоже купить.

Ринату привез японскую погремушку, ему в этом возрасте самое то, что надо.

Рассказала Галия о том, что Александра с радио меня искала. О как, значит, все же все в порядке. Случайно просто как-то так вышло, что долго ко мне не обращались. Вполне может быть, что просто кто-то в отпуск ходил, тот же самый Николаев или Александра. Решил даже ради интереса, когда на радио приду выступать, попробовать разведать эту тему.

Так-то зима, конечно. В отпуск не все ходят, серьезные люди. Ну так я же не знаю, какие тут там разборки есть в коллективе. Мало ли, Александра или Николаев начальнику своему не угодили, и теперь только зимой в отпуск ходят.

Тут же позвонил Александре. Слышно было, как она обрадовалась. Договорились, что завтра к одиннадцати утра подъеду и выступлю по двум темам. Назвал ей обе свои темы, над которыми в самолёте работал. Она пообещала сегодня же их согласовать и мне перезвонить.

Москва

Развод был для Миронова делом уже решенным, поэтому домой он поехал не к супруге, а к матери.

Мама ему очень обрадовалась, и все бы ничего, если бы она тут же, не пожелав даже выслушать о том, как у него и что было в Японии, начала ругать его жену. Тема эта была для Андрея неприятной.

Да, у них с Катей все очень плохо, и придется расставаться, но мама могла бы как-то уже и понять, что не хочется ему это постоянно обсуждать с кем бы то ни было, даже с ней.

Наконец она, вроде бы как поняла по его недовольному лицу и односложным ответам, что не хочет он про жену ничего говорить. Главное он услышал: с дочкой все хорошо, проблем никаких нет. А детали предстоящего развода не та тема, которой он хотел заниматься, устав с дороги.

Наконец все же мама начала задавать вопросы по его поездке.