Страница 53

Видно было по мере того, как я излагал эту концепцию, как Боянова с Вишневским потихоньку отпускало. Они же действительно за меня волновались. Ну и за себя тоже, скорее всего, тоже, понимая, что кто-то совсем уж простой вряд ли бы с такими расспросами начал бы ходить. А я влипну из-за этой японской поездки, так мало ли как и «Ромэна», и его руководителей все это дело может коснуться. В общем, такой план действий мы и согласовали.

— Надо будет, кстати, еще Миронова предупредить, а то мало ли кто-то и к нему придет с расспросами про то, как мы четверо в Токио время проводили, — сказал я.

— Я этим займусь, — тут же пообещал Боянов. — Как он появится у нас в пьесе играть, тут же вопрос этот с ним и решу.

— Появится у вас играть? — удивился я. — Помню, он говорил, что покинет пьесу после возвращения.

— Да, Паша, везет нам! Представляешь, на следующее утро после приезда из Токио звонит мне Миронов и заявляет, что если я не против, то он и дальше будет у нас играть. Мол, пьеса серьезная, и роль тоже, а ему немножко поднадоело веселые роли играть. Конечно, я сказал, что очень здорово, что он у нас играть продолжит.

Ну потом я, уже было собравшись уходить, вдруг кое-что еще сообразил и предложил:

— А давайте пусть Алмаз, рассказав все это, предложит этому человечку потом снова подойти, дней через пять, к примеру, сказав, что мало ли ему кто-нибудь еще интересное к тому времени что-нибудь сболтнет об этой поездке.